С Лили мы и правда неплохо проводили время. Гуляли по ночам под звездами, когда выдавалось свободное время, так, для разминки бегали наперегонки по окрестностям, вечерами сидели вместе с остальными. Кто читал, кто просто болтал о своём, кто в незатейливые настольные игры рубился. В общем, хватало приятных мелочей, из которых и складывается нормальная жизнь. Лигея Розоцветная посоветовала не торопиться с Лили, и я давал ей время освоиться. Но, чувствую, пора бы уже и что-то посерьезнее изобразить, какие-то… ну, знаки внимания оказать, что ли. Не силён я в этих амурах, если честно, но попробовать стоит. Девчонка-то она хорошая.

У меня на этот счёт имелось несколько идей. Например, сообразить ей какой-нибудь романтический ужин, ну или хотя бы не совсем уж походный, и сводить её прогуляться к одному местечку с таким видом, что дух захватывало. Знал я тут одно неподалёку. Даже попробовал себя в сочинении каких-то там любовных стишков и записочек, наслушавшись полезных советов от своих жён.

Мы с Лили ещё даже не целовались, но я так прикинул, что если ужин пройдёт нормально, то, может, и момент подходящий подвернётся. Как бы это неловко ни звучало, я ориентировался на те самые любовные романы, которыми Лили зачитывалась, пытался дать ей то, о чём она мечтала.

Пока что у нас с ней всё шло чертовски неплохо, и я, чего уж там, был не прочь стать поближе к этой романтичной девчонке-кролику. Что-то в ней чувствовалось такое… настоящее.

Лили заметно расслабилась, когда мы наконец шагнули в туннель наверху пандуса. Мне сразу бросилось в глаза, что он был круглым в сечении, а не квадратным, как другие, которые мы уже успели осмотреть. Интересно, это что-то значит или просто гномья архитектурная причуда?

Первая же мысль, которая стукнула в голову — ловушка! Представилось, как из темноты выкатывается гигантский круглый валун и плющит нас в лепёшку. Классика жанра. Это заставило меня ещё внимательнее высматривать всякие растяжки, нажимные плиты и прочие подлянки. Глаза буквально буравили каждый сантиметр пола и стен.

Настолько внимательно, что именно Ирен пискнула и замерла, как вкопанная, широко раскрыв глаза и уставившись вглубь туннеля.

— Богиня… — выдохнула она, инстинктивно вцепившись в мой плащ, чтобы остановить. Рука у неё дрожала.

Я проследил за её взглядом и увидел… тёмные, расплывчатые тени, маячившие в глубокой тьме, на самой границе света от нашего факела. Они не двигались, но интуиция орала, что это не просто камни или случайный мусор, валяющийся на полу туннеля. От них веяло леденящей угрозой.