И всё бы ничего, да только чем дальше мы продвигались, тем большее влияние имела тьма. С каждым последующим метром свет от фонарей становился всё тусклее, а неприятное ощущение, будто за тобой следят из каждого угла, только усиливалось. Нам приходилось проверять каждое отдельное помещение, чтобы не оставить в тылу какую-нибудь затаившуюся тварь. Это выматывало не только физически, но и подтачивало самообладание. Темные коридоры, темные комнаты и зачастую попадающиеся обглоданные людские останки. К тому же свою роль играло еще и осознание того, что мы находимся в десятках метров под землей и случись что, выбраться так просто, не получится.

После этого уровня, который так и не принес никаких осложнений, перед нами вновь оказалась лестница. Здесь она была заметно меньше и спускалась на два этажа, не больше. Мы спокойно спустились, немного передохнули посреди небольшого помещения и двинулись дальше. Вновь коридор, вновь темнота и давящие стены.

Когда на краю слышимости до меня донеслась человеческая речь, я даже не понял, что это не мои мысли. Замерев на месте и покрутив головой, я заработал непонимающие взгляды от остальных членов отряда и нахмурился.

— Голоса не слышите? — тихо спросил я, и живой голос заметно отличался от того, что слышал я.

— Черт, Серый, — начал, было, Макс, но замер прислушиваясь. — Голосов не слышу, но фон какой-то идет.

— Это от тишины, — произнесла Ира. — Звон.

— Так, народ, со мной что-то не то, — внезапно остановился Костя.

Я перевел взгляд на парня и увидел, как по его лицу градом катится пот. Глаза судорожно бегали, зрачки расширены сверх меры, а бледный цвет лица бросался в глаза.

— Не могу сосредоточиться, — проведя ладонью над глазами, сипло выдохнул он. — Мысли разбегаются, не могу понять сон это или реальность. И холодно еще. Да, чертовски холодно.

— Ира, светлячка пускай, — сказал я девушке. — Макс, на всякий случай будь готов монумент ставить.

— Откат, — коротко ответил наш хилл. — Полминуты.

Она на удивление выглядело неплохо. Собранная, с твердым взглядом и четкими движениями рук. В её глазах я не заметил ни капли паники, и это не могло не радовать.

В тот момент, когда я к ней приглядывался, людские голоса резко усилились до крика, а после резко смолкли. Очумело посмотрев на лица окружающих, я убедился, что кроме меня этого никто не слышал, и только крепче сжал автомат.

— Серый, — голос Макса прозвучал бледно, но смог привлечь наше внимание.

Переведя взгляд туда, куда смотрел танк, я не смог сдержать рефлекс и вскинул оружие к плечу. В нескольких метрах вперед по коридору, на высоте сантиметров в двадцать парил черный силуэт с развевающимися волосами. Две красных точки на месте глаз смотрели прямо на нас и приковывали к себе внимание. Я ощутил легкую щекотку, словно ветерок прошелся по мозгу и сразу за этим у Кости из рук выпал автомат и он ломаным шагом пошел к фигуре.