— Макс, монумент! — крикнул я, но рот так и не раскрылся, а крик прозвучал только в моем разуме.

Тело замерло в состоянии безумного покоя. Мышцы начали напрягаться и спустя пару секунд это начало приносить боль. Костя шаг за шагом приближался к фигуре, а я со всей силы пытался нажать на спуск. Внезапная зеленая вспышка позади меня ослабила эффект контроля и выстрел всё-таки прозвучал. Пуля пронеслась до цели и пронзила голову существа. Только вот было оно бесплотным и практически никакого эффекта не последовало. Наши фонари начали трещать и хрустеть, а свет мерк, как будто садились батарейки. Погас и светлячок Иры, постепенно погружая коридор в полную темноту.

Мыслей, как таковых, уже не осталось, но когда позади резко, но на короткий момент, вспыхнул светлячок, активация Цепей прошла на автомате. Левая рука отлипла от ствола и с неимоверным усилием я смог направить её на существо. Мгновение и из пола взметнулись черные цепи, окутывая существо и даруя облегчение. Танк тут же жахнул монумент практически вплотную к твари, а Ира вырвалась вперед и использовала свою вторую хилку. Волны исцеления прошли по телу Кости, и тот ничком рухнул на пол, тогда как существо шипело не хуже масла, на раскаленной сковороде. Мой суматошный взгляд отметил, как быстро уходит мана и скилл на её восстановление тут же ушел на перезарядку.

Молния, все три Копья, Огненный шар Иры, Кровавый ветер Макса и его же Каменный кулак — всё это полетело в цель, разрывая плотность темного существа. Каждый раз, когда снаряд умения проходил сквозь него, я отмечал, что на несколько секунд падает скорость траты маны. Но и этого было мало. Вот именно сейчас я пожалел, что умение видоизменилось и стало зависеть от маны, а не от моей жизненней силы.

— Макс, флехи! — мой крик, больше похожий на шелест бумаги, дошел-таки до друга.

Мы одновременно выхватили гранаты и запустили прямо под тварь, совершенно не заботясь, что и самим достанется. В тот момент, когда я уже приготовился к вспышке, тьма стала всем. С удивлением я обнаружил себя посреди бескрайней черной пустыни. Тьма была везде — снизу, вверху и по бокам. Всепоглощающая, вечная и нетерпящая сопротивления. Снова, уже знакомый по квесту, шепот тысячи голосов. Голова начала раскалываться, а сознание расслаивалось и тускнело. Рухнув на колени, я схватился за виски и заорал. Мой голос ухнул во тьму, а изо рта не вырвалось ни звука.

Мысли, мысли, мысли. Сложно сосредоточиться, когда их сотни и каждая мнит себя самой важной. Единственное, что я осознавал, что могу шевелиться, а значит, шанс есть. Рука скользнула на пояс и, уйдя по нему вбок, наткнулась на ножны с кинжалом. Вытащив клинок на свет, рука начала медленно подниматься к шее, и я довольно четко понял зачем. Больше не было смысла сопротивляться, и я полностью расслабил своё тело, отдавая его во власть тьмы. Ладонь взметнулась вверх, и лезвие кинжала перерезало плоть, словно масло.