В таких домах селили рабочих разных производств из простолюдинов. Принадлежали здания собственникам производств, и квартиры в них сдавались исключительно рабочим. В аренду, за довольно символическую плату. Учитывая сложности с жильем для простолюдинов в Сороковом, получить такую квартиру, пусть и лишь на время работы, было за счастье.

Все же, даже не для всех дворян было по карману содержание особняка, навроде моего. Да что там — большинство дворян не могло себе позволить покупку дома в моем квартале. Не зря же так много было пустых домов в округе. А вот в рабочих кварталах, люди ютятся как в муравейниках.

— Заходите, только аккуратно. — Директор открыл дверь подъезда. — Прямо по коридору, там будет лестница. Поднимайтесь на третий этаж.

Рамис, идущий впереди, безмолвно протопал мимо директора. Мне пришлось последовать за ним, без вопросов. Хотя в душе и корябнуло, что придется обитать в жилье, которое не соответствует моему статусу. Общественному и социальному. Выбора то все равно нет, перетопчусь как-нибудь.

В целом, подъезд оказался чистеньким. Стены окрашены, лампы висят. Надеюсь, что и квартира окажется нормальной. Хе-хе. Учитывая, в каком состоянии мой особняк, привередничать вообще не стоит.

— Господин Вильям, куда? — Рамис остановился на площадке, куда выходило пять дверей и поинтересовался у идущего сзади директора, в какую нам надо.

— Сейчас, открою. — Вильям обошел нас и приблизился к двери с номером семнадцать, доставая на ходу связку ключей.

А ничего так квартирка. Прихожая, коридор, расширяющийся в небольшую залу. Из этой залы можно попасть еще в пять помещений, судя по количеству дверей. Чистенько, и даже как-то уютно. На окне тяжелые бархатные портьеры. Правда вот мебели в зале не очень много. Трюмо в углу, стол посередине, и в общем-то все.

— Римас, Джек, давайте сюда заносите. — Директор подошел к одной из дверей, открывая ее для нас.

За дверью оказалась спальня. Громадная кровать с балдахином, куда мы с Римасом аккуратно переложили Линду. Прямо в грязной одежде, на чистую постель, заправленную бельем светлых тонов. По-хорошему, девушку стоило бы помыть и переодеть в чистое. Да и рану пора бы обрабатывать. Тьма, надо было из дома хоть те лекарства, которые были, забрать.

— Господин Вильям, я вам больше не нужен тут? — Римас аккуратно сложил носилки, оказавшиеся складными, и сейчас стоял у выхода из спальни держа их в руках.

— Все, Римас, можешь идти. — Директор делает отмашку, судя по всему, своему слуге.

— Через сколько вы освободитесь? — Римас не спешил покидать квартиру.