Лейн успел заметить на мгновение изменившееся выражение лица Роша, хотя он тут же стал вновь сосредоточено-спокойным. И он понял одно — как бы Совет кланов не проголосовал, войне быть. А еще, глубоко в душе Лейна Невлиса шевельнулось нехорошее предчувствие… С чего бы?
— Хорошо. — Лейн чуть мотнул головой, отгоняя не нужные сейчас отвлеченные мысли. — Выношу на голосование Совета вопрос: начинать рассмотрение объявления войны кланом Роша в адрес клана Каринга или отклонить.
Ну да, все не так просто. То, что озвучил герцог, недостаточно для того, чтобы утвердить официальный конфликт между кланами. Но достаточно, чтобы начать рассмотрение претензий по существу, уточняя каждый эпизод обвинений. Система довольно сложная, но эффективная, учитывая, что клановые войны всегда наносили сопутствующий ущерб городу.
— Кто за то, чтобы рассмотреть претензии Роша к Карингу? — Прозвучал голос Лейна. — Голосуем поднятием рук.
Руки членов Совета начали подниматься одна за другой. Кранг, Малик, Юрген, Стелла и Валаам… Пять человек. Не поднял руку только Стэн и сам Лейн. Что ж, значит войне быть… Да, еще предстоит опрос герцога Роша, но Лейн был уверен, что тот подготовил обоснования для своего поступка. И при втором, окончательном голосовании по этому вопросу, война кланов будет утверждена. Понять бы, зачем это нужно герцогу Роша…
Глава 16
Глава 16
Время странная субстанция, суть которой сложно понять даже демиургу. То бежит, ничего не успеваешь сделать. То — наоборот. Застывает вязкой субстанцией, практически не двигаясь. Кажется, директор покинул квартиру вечность назад, а часы на стене упрямо твердят, что не прошло и двадцати минут.
Все это время я просидел за столом ни о чем не думая. Будто кто-то гигантской рукой выдернул стержень, который держал меня все это время прямо. Апатия накатила такая, что хоть в кокон заворачивайся и засыпай.
Наверно, это из-за того, что я впервые почувствовал себя в относительной безопасности в этой квартире. Да, странное чувство, учитывая, что ни одна из моих проблем с местными обитателями так и не была решена. Скорее уж наоборот, только новых добавилось.
Удивительно, но за все время своего существования, я никогда не был в такой безысходной ситуации. Даже в плену у хаоситов. Даже вступая в схватку с полчищами чудовщ хаоса, каждый из которых в одиночку способен был разнести город и поболее чем Сороковой.
То, о чем я начал задумываться еще в карете, сейчас, в ночной темноте, под звук мерного тиканья часов, навалилось с новой силой. Бессилие и безысходность… Там, в родной реальности, в самой тяжелой ситуации, всегда была надежда, что меня найдет кто-то из родственников. Пусть отношения у меня с родней и были натянутыми, но бросить родича на растерзание Хаосу — никогда.