— Простите, что мы заставили вас волноваться, — заговорил генерал и притянул меня к себе ближе. — Это долгая история, и я её как-нибудь обязательно расскажу. А сейчас просто хочу сказать, что Изабель — моя истинная. Обстоятельства сложились так, что нам пришлось расстаться на некоторое время. Но теперь мы снова встретились.

— Я так полагаю, ваша встреча прошла не без осложнений, — заметил старший шан Дегрейн.

Остальные начали переглядываться и обмениваться тихими репликами.

— Осложнения, конечно, были, — Рикард усмехнулся. — Но я надеюсь, что мы их преодолеем.

— А почему она выглядит по-другому? — задалась резонным вопросом Камилла.

— Потому что она альеза, как и я, — ответила за меня супруга старшего шан Дегрейна.

Она вышла вперёд, и мы некоторое время молча смотрели друг на друга. Кажется, нам и не нужно было разговаривать, чтобы понять, что чувствует каждая из нас. Остальные просто наблюдали, пока я не решила хоть немного объясниться.

— Простите, — обратилась к кузине Рикарда. — Я не хотела обманывать вас, но попала в сложную ситуацию, поэтому вынуждена была скрываться.

— Зная историю Илентии, я всё понимаю. — Она вздохнула. — И надеюсь, что вы продолжите занятия с Мэдди? У нас наконец начало что-то налаживаться!

— Я… постараюсь, — согласилась я осторожно.

В моих обстоятельствах обещать что-то неразумно.

— Ну что ж… Раз мы во всём разобрались, то предлагаю приступить к обеду!

Лёгкое напряжение мгновенно улетучилось, и я почувствовала, как с моих плеч наконец упал огромный камень. Может, Рикард прав и стоит быть честнее? Каждая ложь, каждая тайна и хитрость тяготят и изматывают. Но мне нужно было ещё немного подумать над этим.

Поэтому я просто решила отвлечься на знакомство с семьёй Рикарда, а это оказалось не таким уж простым делом. Чуть позже приехали ещё какие-то родственники, и скоро их имена перестали запоминаться. Почти все отпрыски теневых драконов были смуглыми, темноволосыми, крепкими и шумными — даже женщины. Только Рикард — наверное, в силу воспитания и привитой ему дисциплины — выглядел на их фоне спокойным и молчаливым.

Я постоянно тайком поглядывала на него, каждый раз открывая для себя что-то новое. В том, как он общается с родными, с каким уважением — несмотря на всё, что было раньше, — смотрит на отца и с каким задумчивым интересом присматривается к его супруге Илестии. Словно каждый миг он складывал в голове сложнейшую мозаику — и этот процесс его успокаивал.

Но случилось и то, что внезапно вывело его из себя.

— Ты уж прости, Рикард, но я не хотел бы отправиться служить в угоду королю Легару, — заявил его кузен Алдемир, опустошив бокал вина. — И считаю, что принц Дартас в своём праве…