— О да, конечно! — сказала я и тут же набрала ей букетик из разных пучков.
Затем она поблагодарила меня и вышла, попрощавшись до вечера.
А я принялась думать, как и посоветовала императрица. Она оказалась права — мне это было необходимо. За время раздумий я многое поняла о себе. Я всегда чувствовала, что есть нечто, что ограничивает меня. Ведь нас всех, женщин нашего мира, при Великом Пророке ограничивали. Нам не давали возможности развиваться, думать о том, что выходит за рамки повседневности. Наш разум держали в узде. Но мы принимали это как данность, как естественный ход вещей, не осознавая насильственность происходящего. Но человеку, очевидно, изначально свойственны жажда нового и способность размышлять; стоит изжить это в себе, и ты превращаешься в тупое животное. Мы и были такими животными, да только эта тяга к развитию не была убита в нас до конца. И поэтому все человеческое расцвело в нас вместе с приходом в наш мрачный мир господина Серегина. Того, что нас ограничивало, больше не существовало. И я где-то глубоко внутри себя чувствовала, что хочу измениться. Но старые установки сдерживали меня. И особенную роль тут играл мой цвет кожи… Мы всегда считали, что черная кожа — знак того, что мы стоим ниже белых людей. Что мы другие.
Но вот пришедшие в наш мир люди дали понять, что мы, черные — точно такие же, как все. И все же мы не ощущали этого в полной мере, хотя они обращались с нами по-человечески, с уважением… Получив свободу, мы по-прежнему отличались от белых. Ведь среди людей императора не было ни одного чернокожего. Черные люди не занимали высокие должности в новом устройстве нашего мира. И поэтому мы, черные, существовали как бы отдельно от всего остального общества, хотя и находясь с ним в тесном взаимодействии…
И я хорошо поняла, чего хотят добиться император с супругой, предлагая мне войти в их семью. И да, поначалу, просто ошеломленная такой высокой честью, я поспешила согласиться. Но теперь понимаю, что сделала это из личных и довольно эгоистичных побуждений. Не зря мне было предложено подумать… И вот я задумалась о тех самых побуждениях и стремлениях, а также об ответственности — обо всем том, о чем говорила императрица. Если я стану членом семьи императора, мне предстоит многому учиться, многое осваивать, ломая глубоко укорененные предубеждения. И все для того, чтобы следом за мной пошли другие. Сначала самые лучшие, такие, как я сама, а потом и все остальные. Готова ли я к тому, чтобы стать примером для других своих черных сестер? Да, я готова! Мне хочется стать другой. Но при этом остаться собой — ведь меня ценят именно за мои личные качества, которые уже никуда от меня не денутся. Выдержу ли я искушение гордыней? Это будет сложно, но я постараюсь. Ведь император и императрица совсем не страдают этим качеством, и тщеславие им совершенно не свойственно — мне следует ориентироваться на них, ведь как раз они станут для меня самыми близкими людьми. «Родными» людьми, как у них принято говорить. Вот это и есть главная составляющая этой ответственности — стать полностью своей в императорской семье, «родной». И тогда все остальное приложится…