Давление в комнате было меньше чем снаружи, хоть и там и там была вода. Но мне, пусть и с трудом, но удалось закрыть за собой дверь, явно нерассчитанную на такие нагрузки. Ее бедную аж выгнуло внутрь. Но профессор не соврал, прямо у стены стояла стойка. С одним единственным костюмом РХБЗ.
Глава 28
Что за черт? Как же мы отсюда выберемся вдвоем? Или доцент хотел меня кинуть и забрать костюм себе? — думать было некогда, мне нужен был воздух. А потому сняв костюм с стойки я подошел к следующей двери. Пусть хоть в этом он окажется прав! Повернув вентиль я с силой потянул дверь на себя, с трудом преодолевая потоки хлынувшей внутрь воды. Но из приоткрытой створки пошли вверх пузыри! А значит там есть чем дышать!
Уперевшись ногой в косяк, я распахнул дверь ровно на столько, чтобы пролезть самому, и запрыгнув внутрь захлопнул ее, закрутив для надежности вентиль. Как я не старался сделать все быстрее, воды во второй комнате все равно набралось уже по колено. Хотя прибывать она перестала. С облегчением я сел на проплывавшую мимо табуретку и с удовольствием вздохнул. Добрался.
Даже не сразу понял, что воздух в комнате неестественно спертый. Хотя, чему тут удивляться при таком давлении воды? Но для того чтобы отдышаться организму потребовалось несколько секунд. Когда пелена перед глазами спала, чуть огляделся. Понять, что меня смущало удалось только через минуту. Вокруг не было ни одного растения. Ни одного жука. Почти стерильная чистота, в которой я выглядел словно пятно горчицы на белоснежном лабораторном халате.
Здесь были почти голые стены, на которые раньше проецировалось трехмерное изображение. Ни каких устаревших приборов с лампочками и тумблерами. Один единственный экран на все помещение да пара столов. Ну и бумага, много бумаги. Двигаться было тяжело, и я решил заняться интеллектуальным трудом. Воспоминания возвращались как отдельные вспышки. И я, вертя в руках лист, с трудом восстанавливал в своей дырявой голове, кому и зачем понадобилось хранить информацию в толстенных папках.
Защита, оборона, доверие. Эти слова кружились в хороводе, но ухватиться за хвост мысли удалось далеко не с первой попытки. Некоторые записи были в самом обычном виде, в тексте. Но большинство как шум из точек и пропусков. Прочесть такой было совершенно нереально. По крайней мере обычным человеческим взглядом.
Смотришь на такую и понимаешь, что ничего не понимаешь. А учитывая, что это может быть цветная картинка где у каждого из цветов свой смысл и свое место — вообще застрелиться можно. Цветов то несколько миллиардов. Это человеческий глаз может определить миллионы цветов, а компьютерный не ограничен такой малостью — в его распоряжении весь спектр начиная от инфракрасного и заканчивая черно-синим.