Красивая. Иссиня черные, несмотря на преклонный возраст, волосы и брови, белоснежная кожа, никогда не видевшая света,пронзительно синие глаза, ничуть не потускневшие с годами, полные розовые губы… Даже сейчас она могла бы покорять мужчин одним взглядом, если бы не пряталась за своими покрывалами.
Но сейчас ее рот был перекошен, а в глазах стоял ужас…
— Ахира, я ахира, — повторила она тихо и, подняв на меня взгляд, вдруг заплакала.
И только сейчас до меня дошло, что снятые покрывала, пусть это произошло совершенно случайно, подтвердили ее новый статус бесхозной рабыни.
Что я могла сделать? Не знаю. Но ничего лучше, чем обнять несчастную и повторять банальные слова о том, что все будет хорошо, мне в голову не пришло.
— Никто не знает, о том, что произошло, — попыталась я найти выход, — если мы никому не скажем…
— Я знаю, — всхлипнула рабыня, — этого достаточно. У меня больше нет чести… Больше нет права возражать… Никому… Любой мужчина может заставить меня…
— Глупости, — заявила я. — Вы сейчас не в Аддии, а в Грилории. У нас другие порядки. И в нашей стране ваша честь принадлежит только вам, а не кому-то другому. И только вы можете решать, кому возражать, а кому нет. Ни одни грилорский мужчина не пойдет против вашей воли. Или будет иметь дело с королевской стражей.
— Королевской стражи больше нет, — проплакала бывшая рабыня. — Никто не станет заступаться за ахиру…
— Я стану… мои люди станут… и ваш сын… Не верите мне, поверьте ему. Неужели вы думаете, что рискнув сбежать с вами, нарушив тем самым законы Аддии, ваш сын будет следовать им сейчас, когда вы лишились защиты султана?
— Амил… он не такой… он не бросит меня. Но он один…
— Он один, — улыбнулась я, — но нас много. И мы все встанем на вашу защиту, если вдруг кто-то решит, что вы теперь беспомощны и никому не нужны.
Первая жена султана замолчала. Я тоже больше ничего не стала говорить. Просто обнимала ее и поглаживала по спине, как ребенка.
— Мое имя Зелейна, — внезапно произнесла она так тихо, что я еле расслышала. — Я верю тебе, Елина.
— Вот и хорошо, — кивнула я. — А сейчас нам надо подумать о другом… Во-первых, почему артефакты сработали и передали звук, хотя до Мехмеда очень далеко. А, во-вторых, вы помните, что Эбрахил лишил Мехмеда наследства? Полагаю, что наследником объявлен кто-то другой… И нам желательно знать, кто именно.
— Скорее всего Хасам, это первый сын третьей жены. Она та еще змея, и точно не упустит такого шанса. — Зелейна отстранилась от меня, справившись с эмоциями. — Жена, которая была после меня не смогла подарить Эбрахилу ни одного сына…