в походе крымском тоже Юрий Львович, или так решил называться, пряча своё настоящее имя. Хотя они братья, в этом нет сомнений. А потому дьяк решил проверить, а бурсак ли Славянского городка воевода?! – И как?! Не томи душу! – Нет, грамоте плохо разумеет. Говорит необычно, а пишет с такими ошибками, что понять трудно. Расписку с него за два бочонка пороха и пять пудов железа, что в двадцать рублей казне обошлись, и в обмен на две оных фузеи со снаряжением доставлены были сотником Лободой. – Вот оно как! Бурсак погиб, а его брат, которого атаман освободил из плена, его имя на себя принял, чтобы своё в тайне сохранить. Так это воровство какое спрятать решил?! – Слобожанский сотник написал в приказ, что воевода Галицкий рассказал ему, как свеи свои мушкеты быстро заряжают. И как воевать с этими фузеями надо, чтобы ворогу большие потери причинить. – У свеев воевал под началом! И что ты надумал с самозванцем и вором делать?! – Отряд большой посылать нужно и силой брать, только потери, государь, будут. У Галицкого три десятка стрельцов справных, отменно стреляют все. Да ещё столько же мужиков огненному бою обучены хорошо. И запорожцы рядом – битва может быть серьёзная, ему и донские казаки помочь могут. Сам знаешь, надёжа-государь, – хоть время разинского бунта прошло, но смута и гниль в душах казачьих остались. – Тогда обманом вытянуть его оттуда и повязать! Грамоту напиши немедля – я подпишу. Сотника Галицкого в кандалы и на дыбу, как злодея! Розыск сам учини строгий. Если невиновен – то отпусти обратно, дай сто рублей, а если вину на нём отыщешь, то мне доклад делай немедленно. И выманивай воеводу осторожно – мыслю, хитёр и умён он, раз фузею такую измыслил. Ничего заподозрить не должен, хороняка … Глава 14 – Весна скоро, дыхание её уже ощутимо, Смалец! Ты чего морщишься? С утра ходишь и зудишь? – Да маета на душе, княже, всё из рук валится с самого утра. Вроде бы в мирную обитель едем, сердце должно радоваться, как всегда, а внутри будто тетивой лука душу натянули. – Да брось, всё нормально! Юрий пожал плечами. Сам он с самого утра чувствовал себя хорошо, хотя не выспался. Зульфия его всю ночь ласкала беспрерывно, девчонка словно с цепи сорвалась – от её заботы и теплоты он прямо млел. Такой девушки ему раньше на жизненном пути в прошлой жизни не встречалось. Там всё просто было – каждая вторая через пару встреч настойчиво интересовалась содержимым кошелька и банковских карточек, а каждая первая задавала нетривиальный вопрос: «А что ты мне можешь дать?» И при