– Знают двое, знает и свинья! – поговорка застряла в горле. Он мысленно проклял день, когда привёл сюда Андрия. Но таскать в одиночку цинки с патронами, ящики с гранатами и стрелковое оружие было бы слишком тяжко. Пришлось просить помощи у друга детства, ставшего компаньоном по их нелёгкому и опасному бизнесу – благо «товара» после начала АТО и немыслимых по жестокости боёв здесь имелось в достатке.

«Ох, как мы попались!» – Юрий вытащил последний камень из лаза, который маскировался под обычную осыпь, и уже не осторожничая, сломал ветки терновника, усыпанные мелкими сливами. Люди здесь никогда не бродили по собственному почину – по колючим зарослям тёрна даже дети не лазили, не желая оставлять на ветках клочки одежды. Очень удачное место для схрона, главное тут самому не наследить.

Юрий нырнул в лаз и пополз, включив фонарик и держа его в руке. Проход напоминал большую каменную трубу, стены гладкие – постарался кто-то из предков, выдолбив каменное убежище. От крымских татар здесь скрывались во время набегов, да и от царских войск прятались, что кровью залили булавинское восстание.

«Теперь надо осторожнее…» – напоминание себе было нелишним, ведь лаз преграждали несколько камней. Понятное дело: убрать их можно за полминуты, никакая это не преграда, если бы не одно «но» – две гранаты-лимонки с ввинченными взрывателями, поставленные между ними на растяжку.

Юрий, прикусив губу, снял верхний камень, извернувшись, просунул руку – нащупал вбитый в камень гвоздь и осторожно снял одну натянутую проволоку, затем другую. После чего утёр пот, усмехнувшись: сам ставишь, и каждый раз боишься подрыва!

Убрал последние камни, загораживавшие путь, после чего рывком протиснулся в проём. И встал на ноги, держа фонарик в руке. Луч света пробежался по меловым стенам, коснулся потолка – небольшая искусственная пещера, три на три метра, да сажень в вышину. На каменном полу несколько армейских ящиков, белые буквы и цифры отразились на зелёных фанерных стенках. Ещё один в стороне, чуть в отдалении. К нему Юрий и подошёл, присел, откинул крышку.

Завёрнутый в полиэтиленовый мешок небольшой рюкзачок, с которым любит ходить молодёжь и не только – самому Юрию уже было под тридцатник. Рядом в таком же пакете сменная одежда и обувь, приготовленная как раз для такого случая. Как только вылезет из схрона, то джинсы и куртку придётся выбросить и переодеться: испачканную мелом одежду с собой таскать незачем.

Рюкзак проверять тоже незачем, он прекрасно знал, что в нём находится – сам укладывал. Набор документов на все случаи жизни, включая новый российский паспорт. Смена белья, мыльно-бритвенные принадлежности, «сухпай» на сутки, ПМ с патронами и РГД – без них сейчас вообще никуда. А ещё три с половиной «кэгэ» заокеанских «зелёных» денег – ровно 350 тысяч долларов США. Да по внушительной пачке гривен и рублей, плюс перевязанная стопочка «евриков».