Я подхожу к окну в гостиной и смотрю вниз, на улицу. Ночь. Фонари. Деревья в жёлтой листве. Припаркованные машины. Свобода так близко. И так недоступна. Пока.
Тихон думает, что загнал меня в угол, что я сломлена.
Но он ошибается. Страх, унижение, попытка запереть – меня не сломали. Я не позволю сделать из меня пленницу в моём же доме.
Поворачиваюсь и иду на кухню, где меня ждёт чай и тюремщик.
Смотрю на предателя через стол и виновато улыбаюсь. А сама думаю о том, что ключ от входной двери вероятно лежит в кармане его куртки, висящей в прихожей. И о том, что сегодня ночью я совершу побег. Или умру, пытаясь сбежать.
Глава 5
Сижу в гостиной родителей, устроившись на углу дивана. Пью горячий, чуть горьковатый чай без сахара. Эта горечь кажется мне сейчас уместной. Я сбежала. Побег был унизительным и по-настоящему страшным. Дождалась, пока Тихон уснёт. Замирая от каждого шороха, взяла ключи из кармана его куртки и выскользнула из квартиры. Забрала с собой сумку с вещами, паспорт деньги и карту, что стащила из его бумажника. Я даже не закрыла дверь на ключ, боясь скрипа замка. Бежала, обмирая от страха, пока не оказалась на улице и не вдохнула холодный воздух свободы.
Сейчас я здесь. В безопасности. На время. Мама сказала, что Никита спит в моей бывшей комнате. Родители позволили мне остаться на ночь. Мама сразу налила чай, а папа похлопал по плечу, бормоча что-то вроде «утро вечера мудренее».
Закрываю глаза, пытаясь унять дрожь в руках. Продумываю, что делать дальше. Снять квартиру. Устроить Никиту в новый детский сад. Жить дальше. Но как? Сердце разбито. В душе пустота.
Вздрагиваю от звонка в дверь. Обжигаюсь чаем. В животе комок противного тянущего холода. Тихон нашёл меня? Он пришёл за мной? В отчаяние шарю глазами по стенам. Родители пальцем не пошевелят, чтобы меня защитить. Ещё и помогут вынести сумку с вещами.
Мама идёт открывать. Хочу закричать: «Мама, не смей!». Но вместо этого молчу, парализованная страхом. Слышу её удивлённое восклицание.
– Катюша?! – и обрадованное: – Родная!
Кровь стынет в жилах. Катя приехала сюда. Зачем? Чтобы доконать меня окончательно? Насладиться своей победой?
Не двигаюсь с места. Сжимаю кружку в руке, до побелевших костяшек.
Она входит в гостиную, как ни в чём не бывало. В широких джинсах и просторном свитере – ни за что не догадаться, что она беременна. Светлые волосы собраны в небрежный хвостик. На лице – выражение искреннего беспокойства. Волчица безупречно играет роль невинной овцы.
– Мама, папа, – обращается к моим родителям, словно я – невидимый призрак. – Я не могла не приехать. Знала, что Лена здесь. Мы должны всё прояснить. Её реакция на зашедшего в гости Тихона какое-то недоразумение!