Принимаю простую, страшную истину. Я осталась совершенно одна. И чтобы выжить, мне придётся стать сильной. Сильнее, чем когда-либо была. Сильнее его лжи. Сильнее их предательства. Сильнее собственной боли.
Единственный человек, которому я сейчас небезразлична, – мой сын. Единственное, что осталось кроме него, – работа. Утром мне предстоит войти в офис, улыбаться коллегам и делать вид, что всё в порядке. А Тихон, наверное, пойдёт по судам, чтобы отобрать единственное, что у меня осталось.
Глава 6
Ночь в машине тянется бесконечно. Никита капризничает на заднем сиденье.
– Хочу домой, мама! Спать в своей кроватке! Хочу к папе!
Каждое его слово – раскалённый гвоздь в моё сердце. Как объяснить пятилетнему ребёнку, что нашего дома больше нет? Что его папа превратился в чудовище, которое хочет запереть нас в клетке? Качаю его, напеваю старую колыбельную, а сама смотрю в тёмное окно на мир, который в одно мгновение стал враждебным.
Под утро он наконец затихает, измученный слезами. Я не смыкаю глаз. Во мне бушует ураган – странная смесь леденящего отчаяния и стальной решимости. Я не могу вечно сидеть в этой машине. Не могу вернуться к родителям. Не могу вернуться к Тихону – одна эта мысль вызывает тошноту. Остаётся единственный путь – вперёд. В никуда.
Небо затянуто облаками.
– Мама, я хочу есть, – слабый голосок сына раздаётся сзади, когда за окном прорезается первый солнечный луч.
– Сейчас, родной, сейчас всё будет.
Завожу машину. В ближайший супермаркете покупаю йогурт, сок, булочку. Сама не могу проглотить ни крошки. Смотрю на сына, пока он ест на парковке и принимаю окончательное решение.
– Никита, слушай меня внимательно. Мы с тобой сегодня играем в одну очень важную игру. В секретных агентов.
Яркие глазёнки вспыхивают интересом.
– В каких агентов?
– Мы с тобой уезжаем в секретную командировку. Надолго. Но чтобы никто не догадался, нам нужно кое-что сделать. Сначала заедем к бабушке с дедушкой, заберём остатки твоих вещей. Скажем, что помирились с папой и едем домой. Это наша легенда. Понял?
Он кивает, вовлечённый в игру. Разрушать веру сына в отца я не стану. Время для этого придёт позже. Сейчас мне нужно его доверие.
– А папа в командировке?
– Да, сынок. Папа будет в командировке. Очень надолго.
Едем к родителям. Чувствую себя предательницей, но другого выхода нет. Они не отпустят, устроят скандал, вызовут Тихона. Нельзя терять ни минуты.
– Мама, папа, всё хорошо, – вхожу в квартиру с самой светлой улыбкой, на какую способна. – Тихон извинился. Мы помирились. Заберу остатки вещей Никитки, и поедем домой.