— Я работала, — сказала Милена. — Мы оба работали. За всю нашу совместную жизнь ты не разу мне не помогал, а я даже не жаловалась.

— Могла бы и попросить помощи. Ты жила как будто меня нет, — он повернулся. В глазах — злость, и под злостью было что-то ещё, чему Милена не могла найти определения. — Я для тебя был мебелью. Не мужем!

Милена едва не задохнулась от несправедливого обвинения Романа.

— Роман. У тебя в телефоне было написано: «Светлана. с тобой я чувствую себя свободным», — она произнесла это тихо, без нажима. — Значит, со мной ты не был свободным. Всё это время. Ты мог сказать. Просто словами. Мы могли поговорить. Уйти. Развестись. Что угодно. Но ты выбрал вот это, — Милена заплакала. — Это подло. Ужасно. Унизительно. Ты отдал ей помолвочное кольцо, которое я ждала столько лет, — в конце выпалила она срываясь на плач.

Гробовая тишина заполнила квартиру.

Роман смотрел на неё. Что-то в его лице дрогнуло — на секунду, не дольше.

— Ты лазила в моем телефоне? — возмущенно зашипел он.

— Ты оставил его на столе, — с горечью усмехнулась Милена, вытирая с щёк слезы.

— Это моя вещь. Ты не имела права трогать мой телефон. Ты нарушила мои личные границы!

Роман окинул Милену презрительным взглядом.

— Роман, — Милена повысила голос, и он замолчал. — Ты привёл чужую женщину в наш дом. Твои личные границы закончилось, когда я нашла в прихожей чужие туфли. Что ты ещё ей сказал про меня?

Милена не пошевелилась. Стояла холодная, закрытая, одинокая. Роман встретился с ней взглядом. И снова отвёл — чуть раньше, чем нужно.

— Я говорил ей всё то, что думал.

— То, что думал обо мне? — Милена сжала пальцы и ногти больно впились в ладонь. Щёки саднило от слёз. Больше всего её пугало безразличие Романа. — Что именно?

— Что ты холодная. Скучная. Нудная.

Милена затрясла головой от обиды, едва не расплескав кофе которое всё ещё держала в руке.

— И при этом ты не сказал мне ни одного из этих слов. Ни разу за все эти годы!

— Ты бы всё равно не услышала. Я как домой не зайду ты только и делаешь, что пылесосишь, готовишь и стираешь. В остальное время ты занята работой, проектами, — Роман сжал губы и его глаза сверкнули. — Знаешь, что? Меня это всё достало!

— Ты даже не попробовал со мной поговорить по этому поводу.

— Я пробовал! — он шагнул к ней и его голос сорвался на крик. — Я говорил тебе — мне нужно внимание, я задыхаюсь. А ты что? «Роман, давай поговорим в выходные». «Роман, я устала». «Роман, не сейчас». Всегда не сейчас!

— Не кричи на меня.

— Я не кричу!

— Ты кричишь, — сказала она спокойно. — Ты стоишь после того, как тебя застукали с другой женщиной и объясняешь мне, что я сама виновата. Я слышу тебя, Роман. Я слышу каждое слово.