У меня в груди растекалась лава от злости. Если бы была возможность, я просто придушил тварь собственными руками.
И, конечно, я знал зачем она явилась и что скрывает. Но, игра в кошки-мышки, требует подпустить добычу близко и уверить, что все в ее руках.
- Мои претензии известны. Я не хотела тебя трогать, но вижу, что ты совсем обнаглел, Шагаев, — её голос прозвучал тихо, но твёрдо. Неслыханное хамство, твою мать!
- Могу сказать тебе тоже самое, Анна. Кто уж перешел все грани, так это ты, Ланская. Или, какая теперь у тебя фамилия?
- Для тебя я Анечка. Ты так называл меня в постели, - снова пауза, ехидная, вязкая. - Я не понимаю, что за поведение было вчера у охраны. Эмир — твой сын. Почему ты за четыре года даже не вспомнил о нем? Ты знаешь, как мне было тяжело?
- Не могла совмещать секс с Абрамовым и заботу о сыне? Или что? – усмехаюсь.
Все познается в сравнении, черт эта истина непреложна.
Я по кускам себя перекроил за эти годы. После развода, когда жена ушла, мой мир треснул, как хрупкое стекло. Сейчас прошлое снова рвется в реальность, мешая нам быть вместе, починить все, что сломано.
Много понял, и теперь был рад только тому, что моя бывшая жена дала мне шанс быть частью нашей семьи.
Мия не сказала ни слова о том, как ей было тяжело. И в груди тлеет искра надежды, что она меня простит. Я радуюсь тому, что у меня есть дочка, я могу воспитывать ее, но грязной кляксой в этой идиллии вырастает моя бывшая любовница со своими проклятыми требованиями.
- Я сказал, что без теста твоего сына не признаю. Анна, не трать время. Если ты умная женщина, то не стоит даже думать о каком-то наследстве, доли в компании. Я не дам тебе ни гроша, а бастарда пусть растит его папаша! – делая в воздухе кавычки пальцами.
Анна все понимает.
- Ты думаешь, я не поняла, что ты притащил в дом какую-то побирушку с девчонкой? Это ведь твоя бывшая жена, как дворняжка крутится возле твоего добра! Так вот, я подала в суд и буду требовать, чтобы твое имущество принадлежало и мне и сыну тоже!
Эти слова ударили меня словно гром среди ясного неба, несмотря на то что я уже давно подозревал правду.
Долгое время мы избегали этой темы, боялись с этим столкнуться, но теперь, когда всё вышло наружу, я почувствовал, как меня охватили сразу и тревога, и облегчение. Тем более, что у меня есть козырь.
Анна отвела взгляд, словно пытаясь справиться с эмоциями.
- Булат, — произнесла она, чуть прищурившись, с напряжением в голосе, — мне жаль, что всё так у нас. Мы могли бы крепкой семьей, любовниками, партнерами... Но, раз уж теперь всё прояснилось, я думаю, это правильно… чтобы мы оба пошли дальше. И чтобы у фирмы был новый руководитель.