А вот мальчик, который перекидывает во рту чупа-чупс, совсем не похож на Булата.
На Анну тоже не похож, почему-то…
- Эй, малец! Куда ты леденец свой суешь?! – возмущается охранник.
Я пыталась не смотреть в их сторону, но приходится.
Поднимаю глаза и вижу, как охранник бросил нас, и вдруг метнулся к Анне. Точнее, мужчина хватает за руку ее сына, который попытался воткнуть свою конфету на палочке в элитную мини-клумбу у центрального входа...
- Дулак, - качает головой, констатируя факты Ками.
- Тссс, - шиплю ей. – Я же просила не говорить такое!
- Мамотька, я тихо шказала, - реагирует моя болтушка.
Подходим ближе и слышим странную беседу между охранниками и Анной.
- Эмир, хватит! Мы сейчас зайдем в дом, и ты попьешь, сынок, - она одергивает руку сына и снова леденец на палочке оказывается у него во рту.
- Мадам, вам туда нельзя. Булата Гасановича нет! Я вас не пущу! Если не уйдете сами - мы обязаны вас выставить силой, - разводит руками охрана.
- И все-таки. Мой сын имеет право войти. Он наследник Булата! – грозно шипит Анна.
Охране безразлично. Мужчина, который находился у дома, говорит, что приказа от Шагаева не было. И Анна проскользнула внутрь зря.
- Давайте, выходите! Хватит цирк устраивать! – мужчины не церемонятся, а хватают Анну под руки.
С двумя большими пакетами, мы с доченькой топчемся возле лестницы, внизу.
Анна – на ступеньках, дергает дверную ручку. Охрана буквально бьет ее по рукам.
- Тетя, как Лисичка, хочет в чузой дом, хех, - смеется моя кроха, описывая то, как охрана выгоняет Анну.
Я ее легко одергиваю.
Анна на взводе. Она готова броситься на любого.
И самое смешное, что она – здесь не хозяйка. Она не живет с Булатом. И, видимо, как-то узнала, что здесь его дом. Новый дом, кстати. А мне Булат сказал, что живет в старом и до сих пор не продал наш старый особняк…
Может быть, здесь он вьет новое гнездышко для них с Полиной?!
Я мотнула головой.
О чем я думаю, Боже мой?!
Мне бы поскорее выполнить свою работу, получить деньги и убраться поскорее!
Приходится отойти от ступенек, так как Анну тянут вниз охранники.
- Впустите, черт вас подери! Эмир! – она на ходу хватает сына и, наконец-то, замечает нас.
Мы с Анной на расстояние пары шагов.
Мой жуткий кошмар, самый страшный сон, сбывается здесь и сейчас.
Все происходит наяву…
- Я могу подождать, пока хозяйка уйдет, - говорю, подавляя приступ волнения третьему охраннику.
- Она уже уходит. Зачем только впустили, - ругается мужчина, не обращая внимания на детей вокруг.
Анна ругается с охраной, а параллельно смотрит на нас. Смотрит и смотрит.