- Я не упрекаю, Мия. Просто не пойму, какого черта твой мужик допускает, что ты работаешь и кроху с собой таскаешь! Ты в отеле пашешь, по заказам мотаешься. Я хочу тебе помочь. Может, няньку оплатить? - хриплю, осматривая ее бледное личико.
- Спасибо за заботу, Булат. Но я сама решаю, как воспитывать дочь. И от тебя мне ничего не надо, - Мия юлит и увиливает, я это нутром чувствую.
Сглотнув шумно, я смотрю в потолок.
- Сколько лет твоей дочери? - рвется давно наболевший вопрос.
Щеки Мии красит густой румянец.
Скрывать эмоции она не может.
Не касаясь меня взглядом, она говорит куда-то в сторону.
- Мы давно в разводе. Подробности нашей жизни тебя не касаются, - режет холодным ответом моя жена.
Не моя уже. Осекаюсь.
Но у меня есть документы о том, что я отец ее дочки!
- У твоей дочери мое отчество и моя фамилия, - давлю фактами.
- Просто записали в ЗАГСе, потому что с момента не прошло триста дней. Это формальность, Булат, - заученным текстом отбивает мои нападки.
Спазм под ребрами усиливается, непонимание и гнев застилают мои глаза.
Я схватываю ее в объятия.
- Не верю! Почему ты не сказала, что не потеряла ребенка тогда? Почему не сказала, что беременность была сохранена? Скажи, родная, почему ты мне соврала?! – умоляющим взглядом смотрю на бывшую жену.
Бумеранг за измену летит в самое сердце, больно разбивая его на части.
Но я смотрю в ее чистые глаза и крышу сносит как в первый раз…
Знаю, что я сам виноват. Нужно было удержать, не отпускать от себя.
Четыре года я жил без нее.
Как? В вакууме. Ничего не замечая вокруг себя. А теперь...
Ее дочка как две капли похожа на меня.
Теперь я не сомневаюсь. И верну свою семью, чего бы это не стоило.
- Нет, дочка только моя! – холодно отвечает бывшая, но…
В ее глазах совсем другое. «Моя», а я слышу «Наша».
- Скажи мне правду. Может, ты боишься, что я заберу ее и врешь?
- Хватит! Ты отказался от меня, переспал с Анной! Она сегодня твоего сына в твой дом привела, Шагаев! А Камилла… Это было после тебя, - брезгливо отворачивается.
Мне же – как лезвие в грудину воткнули и протащили до самого основания.
- Все ясно, - бросаю, поправив полы пиджака.
Сморгнув, жена уставляется на меня.
- Что тебе ясно? - ее голос дрожит, вибрации тревожные.
Я думал, что, глядя мне в глаза, она не сможет соврать.
Но моя жена лжет мне! Здесь и сейчас говорит неправду.
- Я хочу сделать тест, Мия. Твоя дочь похожа на меня, и ты можешь даже не пытаться меня переубедить. Я скажу больше: уверен, что Ками – моя кровь и плоть, - твердо заявляю ей.
Пытаюсь заглушить немую боль и беру Мию за руку. Неконтролируемый порыв позволяет ощутить ее дрожь. Тонкая венка на запястье моей любимой слабо пульсирует.