— И помни, я к тебе очень хорошо относился всю дорогу, все время, пока был здесь ректором, Витя! — продолжает свою речь Вадим Равильевич. — Просто у меня есть начальство и определенные распоряжения.

Ректор прогибается и показывает свое умение договариваться.

— Пусть так, — киваю.

— Вот, я тебе написал бумагу, отдашь её ритуалисту, — ректор протягивает мне листок. — Забирай сколько угодно новых феев, если сможешь их содержать. Если не сможешь — меняй своих. На твоё усмотрение! Всё, как договорились.

— Дальше сам разберусь, — отвечаю мужику и забираю бумагу.

Встаю с места. Показываю феям, что нам пора.

Полностью седая Фиона выглядывает из—за спины своего мага и не может поверить во все происходящее.

— Витя, я правда к тебе очень хорошо отношусь! — с опаской уточняет ректор.

— Знаю, знаю, — еле сдерживаю смех.

Конечно, хорошо относится, но ровно до того момента, как я выйду из главного корпуса. Плавали, знаем.

Закрываю обе двери в кабинет Вадима Равильевича и бросаю быстрый взгляд на дамочку в приемной. Та делает вид, будто меня не существует. Пусть так.

Идем в сторону ритуального зала. Феофан всю дорогу высказывает беспокойства.

— Получается, Фиона теперь навсегда старая? — ужасается он.

— Не старая, а просто седая, — объясняет Василиса. — Говорят, что пигмент восстановить почти невозможно. Ничего страшного, будет у неё новый цвет волос, самое время перекраситься.

— Как же так… как же так, — вздыхает Феофан.

Спускаемся по длинному коридору к ритуалисту. Стучусь в то же самое окно, где недавно мы вели переговоры вместе с Иннером. Окошко открывается с глухим щелчком.

— Чего тебе? — оттуда доносится ворчливый голос.

— Здравствуйте, Микаэл Борисович, — здороваюсь

— И тебе не хворать, студент. Чего надо? — сразу переходит к делу мужик.

— Есть у меня одно распоряжение, — протягиваю в окошко документ. — Пришел забрать пару феек.

— Ты? — с недоверием спрашивает Микаэл Борисович. — Забрать?

— Угу, — подтверждаю. — Ректор дал добро. Подпись, печать: всё, как полагается.

— Пару феев говоришь? — недовольно переспрашивает ритуалист.

— Да. А с этим какие-то проблемы? — уточняю.

— У меня никаких, а у тебя, скорее всего, да — с головой, — грустно смеется Микаэл.

Мужик совершенно не считает нужным что-то рассказывать или доказывать. Да и не спешит быть хоть мало-мальски приятным человеком. Демонстрировать воспитание — тоже, по его мнению, лишние заморочки. С его точки зрения, правда — это лучшее, что можно сделать.

— Почему вы так считаете? — спрашиваю.

— Сам подумай, — отвечает мужик. — Четыре фейки на одного юного мага. Ты в них не запутаешься, пацан?