Девчонка выговаривает мне свои наблюдения с гордо поднятым подбородком. У неё общение с преподавателями, очевидно, сложилось как нельзя лучше. Да и, судя по шпаргалкам, на старосту группы просто-напросто закрыли глаза. Активистка давно заработала себе отличную оценку.

— Учту, учту, — усмехаюсь.

Девушку обижать ни в коем случае не хочу, но и воспринимать ее слова всерьез не могу. Из-за посиделок с гномом я попросту вырван из динамики последних дней. Здесь, несмотря на беспокойство студентов, совсем другой мир — медленный и взвешенный. В стенах Академии есть правила, и все неукоснительно их соблюдают.

Смотрю на одногруппников и понимаю, почему нас так спокойно пропустили армейские части там, где уничтожили гильдию. Маг третьего года обучения ничего из себя, похоже, не представляет. Собственно, это легко понять из требований к экзамену.

Витя в теоретической части уже давно обогнал всех своих сокурсников. В практической, кажется, особых проблем у меня теперь тоже не возникнет.

Единственное, что странно — никто не обращает внимание на двух феев за моей спиной. Оборачиваюсь и понимаю, почему никто не сыплет вопросами, где я взял столько магии для содержания существ. Феофан вместе с Василисой давно устроились поодаль. Остальные фейки окружили их, и они все вместе дружелюбно болтают.

Фей подлетает в боевой стойке и демонстрирует несколько ударов. Судя по всему, выбалтывает подробности одного из боёв. Надеюсь, что речь идет не о сегодняшней ночи. Проблемы перед экзаменами мне точно не нужны.

— А что потом? Что потом? — выкрикивает одна из феечек.

Остальные хихикают и перешептываются. Феофан возвращается к рассказу, и все слушают его, раскрыв рты.

— Вот-такущий орк! С зубами! Ррр, — Феофан показывает руками размеры воображаемого орка.

Ага, значит, речь идет о путешествиях с караваном. Пусть делится. Феям не помешает послушать о путешествиях. Если верить словам магов, то на практике они видели только ремонт дорог или сломанную сантехнику. Наверняка я выполнял те же самые работы, когда посещал Крайний. Вот только дорогу я чинил один, а магов направляли целыми группами.

— Он смотрит на меня, я ставлю щит! — рассказывает фей, и вокруг него загорается радужная защитная пленка.

Феечки вокруг охают и отступают.

— Он подходит ближе, и я понимаю, что ему конец! — радостно объявляет Феофан и подлетает в воздухе.

Щит фея окаймляют огненные змейки. Раздаются аплодисменты феечек. Василиса тоже смотрит представление завороженным взглядом. Иногда она достает из внутреннего кармана зеркальце и прихорашивается. Во всей этой ситуации меня радует всего одно — Фео всё лучше контролирует защитную магию и уже способен осознанно контактировать с огнем.