— Воздух, но до уровня мага ей далеко. Подтяну ее со временем. А что?

— Да вот думаю, если ей передалась хоть часть характера матери, то как раз сейчас она должна уже прийти в себя и начать активно отбиваться. Следи за окнами. Вдруг вылетит птичка в виде одного из похитителей.

Мои слова он принял всерьез и начал поглядывать по сторонам. Заклинание вело нас в переплетения улиц, давая подсказку, что похитители не особо старались спрятаться.

Внезапно из-за угла раздался громкий треск и на мостовую вылетел какой-то мужчина. Он хорошенько проехался на животе и затих, ударившись головой о чугунную скамейку.

Мы с Марком переглянулись и рванули к месту схватки. Стоило нам завернуть на Дюжин переулок, то увидели хорошую драку. Двое потрепанных мужиков мутузили подозрительного типа с расцарапанной физиономией. В стороне на деревянных ящиках сидела бледная Блохина. Она слабым голосом подбадривала тех двоих, не стесняясь в выражениях.

— И что тут происходит⁈ — громко спросил я, и все участники сцены замерли на середине движения.

Потрепанных я сразу узнал — люди Смирнова. Неужели так быстро смогли прийти на помощь?

— Маркуша! — первой очнулась Тамара и слабо простонала, держась за грудь. — Ты пришел за мной! Я знала, знала!

Человек Косого, воспользовавшись нашим появлением, коротко ударил похитителя, и тот без чувств свалился на мостовую.

— Господин архимаг! — оба мужика вытянулись по струнке. — Ваш приказ выполнен. Невеста найдена, преступники обезврежены!

— Молодцы! — похвалили я, поднимая обоих похитителей на воздушных петлях. — Можете идти, скажу Косому, чтобы выделил вам премию.

Мужики заулыбались и быстро исчезли во дворах. А Марк подхватил свою невесту и начал осматривать ее на предмет ранений, но она только лишь тихо стонала, бледнея еще больше.

— Тома! Тома! Не отключайся, прошу тебя! — шептал Бережной, не понимая, как ей помочь.

Я хмыкнул, вытащил нож и одним махом срезал часть лент на ее платье. В то же мгновение Блохина шумно вздохнула.

— Как же хорошо дышать, едрить ее налево. На кой черт я согласилась на такое платье⁈ — вырвалось у нее.

На щеках Тамары появился румянец, но не от притока кислорода, а от смущения за свои слова, но я лишь махнул рукой. Женская мода — крайне беспощадная сволочь.

— Марк, ты же понимаешь, что жених не должен видеть невесту в платье до свадьбы? — тихо спросила она.

— Впервые слышу, — отмахнул он, продолжая обнимать Тамару.

— Но в таком виде я не смогу пойти в собор. Ткань еле держится на плечах! Это неприлично! Что же нам делать?

— Сейчас помогу, но это временная мера, — я подошел ближе и сосредоточился.