В памяти всплыли слова представителя социального управления, который буквально два часа назад говорил, что возле дворца таких мест уже не осталось. Надо бы его за шкирку сюда притащить и макнуть головой в самое… в это самое.

На ладони расцвел огненный шарик. Он осветил полумрак, делая лица собравшихся похожими на восставших мертвецов. Их глаза прищурено рассматривали меня, но никто не спешил отвлекаться от своих дел.

— Кто старший? — громко сказал я, привлекая внимания.

— А ты кто такой, чистенький? — раздался пропитый голос из глубины помещения.

— Главный архимаг империи, — ответил я, мысленно удивляясь, что меня в лицо не узнали.

Карты застыли в воздухе, чья-то бутылка выпала из рук под отборный мат, и все постояльцы этого не элитного отеля начали просыпаться. Нет, все же узнали. Не все, но некоторые.

— Не вешай мне лапшу на уши, — говоривший гулко расхохотался, — где мы, а где архимаг!

Пока он говорил, я формировал нити заклинания очистки, потому что от запаха в висках запульсировала боль.

— Отчего же архимагу и не пройтись по городу. Может, помощь кому нужна, или же преступников задержать нужно, — сказал я. — Ты лучше выходи ближе к свету, чтобы я тебя видел. И имя свое назови.

Мужики зашевелились, пропуская вперед старшего. Он выглядел ужасно: короткие серые лохмы, торчащие во все стороны, щели в зубах, веками не стиранное теплое пальто в дырах и тяжелое омбре, с которым только окна протирать.

— Юрка я, Красавчиком кличут.

Да, кличка вполне подходила его перекошенному от шрамов лицу. Складывалось ощущение, что с него сняли кожу и разрезали на лоскуты и пришили обратно.

— Скажи, Красавчик, не проходили ли здесь час назад шестнадцать человек с серыми тряпками?

— А тебе чего от них нужно?

В этот момент заклинание очистки начало работать: в воздухе поплыл аромат горного воздуха, доски под моими ногами стали приобретать цвет дерева, а не грязи, а одинокий светильник под потолком ярко вспыхнул. Волна магии неторопливо шла от меня до самых потаенных углов и не жалела никого. Раздались удивленные восклицания: в руках преображались стаканы, одежда аж похрустывала от чистоты, а люди в помещении стали сиять, словно только что вышедшие из бани.

Старший поправил обновленное заклинанием пальто, ошалело огляделся, крякнул, поскреб рукой посвежевшее лицо и выдал:

— Да за такое выпить надо! Будешь, ваше благородие?

— Мне нужен ответ на вопрос, — я погасил огненный шар и оборвал нити заклинания чистоты. — Были ли здесь шестнадцать человек с серыми тряпками?

— Были, товарищ начальник, — бодро выкрикнул кто-то из толпы. — Буквально минут сорок назад зашли и расползлись в разные стороны. У нас здесь четыре выхода, на разные улицы.