Я свернул к дежурке возле темницы. Там царил идеальный порядок. Выглаженная форма на стражниках, правильно заполненные документы и даже все лица были выбриты.

— Здравия желаем, господин архимаг!

— Вольно. Что с задержанными?

Я бегло просмотрел строчки в амбарной книге. Внимание привлекла запись о Блохиной. Они ее зарегистрировали, вот молодцы какие.

— Это кто? — я указал на ее имя.

— Задержанная Блохина! Нарушение порядка, проникновение на охраняемый объект и… кхм… — он замялся, — попытка соблазнения сотрудников на боевом посту.

— В какой камере она?

— В пятой, господин архимаг.

Так, а Константин в четвертой. И как они умудрились их разделить?

Я решил спуститься в темницу и лично все проверить. Почему-то казалось, что Блохина не постесняется пробить толстую стену между камерами, чтобы быть поближе к объекту соблазнения.

Внизу, как и всегда, пахло пылью и немного чистящим средством. Когда я вышел в широкий коридор, то увидел одного из дежурных, который под руководством знакомого голоса, драил каменный пол.

— Три сильнее! Эта кровь, небось, тут уже годами, въелась насмерть. Совсем грязью заросли. Ты воды побольше налей, не жмись!

— Людмила Викторовна, а почему нельзя все заклинанием вычистить? Почему руками-то? — жалобно блеял стражник.

— А чтобы ты, остолоп, знал, с какой стороны за швабру браться и ценил труд других людей. Не все тебе магией тут заливать!

Ее густой низкий голос эхом проносился по всей темнице и сверлил виски не хуже раскаленных игл. Значит, не Смирнов здесь побывал, а эта женщина всех из камеры умудрилась построить? Может ее замом к Василию поставить?

Стражник неловко развернулся, и все содержимое ведра полетело мне под ноги. Одним движением руки я не дал мутной воде расплескаться по коридору. Она повисла в воздухе здоровенным мутным шариком, привлекая ко мне внимание.

Служивый моментально вытянулся по струнке, неумело пряча за спину швабру, Блохина, радостно блеснула глазами, заулыбалась, а вот притаившийся в глубине камеры Константин весь сжался в комок, сливаясь цветом с темной стеной.

— Господин архимаг! Как я рада вас тут видеть! Оцените, как здесь стало чисто!

Я отправил грязную воду обратно в ведро и внимательно прошелся по всем присутствующим.

— Похвально, Людмила Викторовна, похвально. Вот только задержанным не положено руководить теми, кто их задержал. Потрудитесь объяснить, что тут происходит?

Последний вопрос я задал стражнику, который язык проглотил и теперь неразборчиво мычал.

— Вы только не ругайтесь, господин архимаг, — сказала Блохина, — я же не со зла, а мальчикам нужно помочь. Они же совсем грязью тут зарастут, а ведь это же вопрос здоровья.