— Ай! — я дёрнулся назад, ещё сильнее вжавшись в подушку. Во рту почувствовал солоноватый привкус крови. — Ты укусила меня!
— Верно, — хищно облизнулась красноглазая красотка. — И на вкус ты мне нра… — но тут же осеклась на полуслове, вновь проведя длинным раздвоенным язычком по своим губам. А потом ошарашенно уставилась на меня. — Так ты тоже Высший?
— Не понимаю, о чём ты, — выдохнул я. Сцена мне нравилась всё меньше и меньше. Какого чёрта здесь происходит⁈
Но догадка не заставила себя долго ждать — я просто сплю! Точно!
— Хм, — незнакомка прищурилась, прожигая меня жадным взглядом, но спустя пару секунд на её лице появился звериный оскал. И даже небольшие клыки проступили из-под губ. — Но так интереснее. У тебя удивительная кровь. Интересно, — её рука скользнула в область моего паха, — а каков ты будешь на вкус там?..
Глава 22
Безумие, просто безумие, — единственная мысль, что билась в моей голове, после того как я увидел ту демоническую морду своей зеленовласой любовницы.— Как это вообще возможно?
И, наверное, наваждение ещё долго бы меня преследовало, если б я не вышел из палаты и не попал…
— Дочь? — ошарашенно вылупился я на краснокожую демонессу, восседающую на огромном каменном троне. — Как же?..
— Удивлён? — хмыкнула Акума, проведя коготками по подлокотнику, оставив на нём глубокие царапины.
Да, стоило мне открыть больничную дверь, как я попал в Дзигоку. К себе домой, так сказать. Но ведь это нереально!
— Почему же? — снова ухмыльнулась Акума и хищно прыгнула на меня, расправив при этом свои громадные крылья. — Почему же ты не сдохнешь, дорогой папочка⁈
Её рёв разнёсся по мрачной пещере, отражаясь от каменных стен.
Демонесса легко схватила моё человеческое тело за горло и взмыла с ним ввысь. Но… когда я говорю про тело, то не имею в виду себя, ведь я так и остался стоять на месте и смотреть на то, как Акума неистово терзает тушку бедняги Кацу.
Да что здесь происходит?
Я оглянулся и увидел ту самую дверь, через которую проник в Дзигоку. Но как только я сделал к ней шаг, дверь начала отдаляться глубже во тьму. И внезапно я почувствовал, что мне непременно надо вернуться, ведь если я этого не сделаю, то могу остаться в этом неизвестном месте навсегда. И тогда я побежал. Бежал так, как никогда в жизни, что в этой, что в прошлой. Однако дверь и не думала приближаться. Чем сильнее я ускорялся, тем больше расстояния становилось между нами. А за спиной я различил стремительно приближающиеся хлопки кожаных крыльев и дьявольский смех дочери, которому сам же её и научил.
— Не-е-ет, папочка! — горланила она. — Так просто ты от меня не скроешься!