— Я ещё не перевёлся, — заявил Женька. — Приезжаю сюда после школы, к 13 часам. У нас же сейчас облегчённая летняя подготовка, соревнований нет. Сейчас пока ни к чему. С ноября перейду на удалёнку. Начнутся соревнования на этапах, тогда уже будет мне не до очной учёбы. Зато Настя уже на удалёнке.

— Мы сразу, когда с мамой к директору пришли, договорились о том, что я буду учиться дома! — вмешалась в разговор Анастасия. — Директор, Валентин Петрович, очень добрый человек, согласился сразу, сказал, что у него Людмила Хмельницкая учится так и показывает отличные результаты и в учёбе, и в спорте. Так что, Люда, благодаря тебе меня сразу отпустили на домашнее обучение.

Настя посмотрела на Арину и слегка улыбнулась.

— Что там в классе? Как Макс, Сашка? — поинтересовалась Арина. — Я как приехала сюда, даже времени не было ни сходить, ни позвонить, вся в делах, в беготне. Такое ощущение, как будто год не было.

— Всё у всех нормально! — заявил Женька. — После школы ходим гуляем, в гостях были у меня и у Сашки.

Арина была обеими руками за то, чтобы в их компанию влился новый парень. Да ещё и Муравьёву с собой подтянул. Вот и сейчас, похоже, Зоя поехала к Женьке в гости. Потом, наверное, проводит её до города.

Вышли на конечной остановке и разошлись кто куда: Некрасовы и Муравьёва отправились в сторону школы, где жил Женька, Арина пошла к себе домой.

Дома слегка перекусила и легла отдохнуть, а когда проснулась, уже вернулись родители с работы, и прошло довольно много времени, судя по красным лучам закатного солнца, бросающим отсветы на стены комнаты. Арина вдруг ощутила чувство неведомой печали и вспомнила картину, которую нарисовала Анька. А ведь совпадение картины с реальностью на 100 процентов!

Арина легко встала с кровати, вышла на середину комнаты, посмотрела в окно и увидела, как красный круг солнца садится за дальнюю перспективу. Сейчас она вся оказалась в лучах этого света, казалось, льющегося только на её тело. Появилось ощущение что находится в каком-то тоннеле, наполненном алым свечением, а вокруг него разлилась тьма. Медленно, словно так и надо, посреди комнаты встала в балетную позицию номер три, скрестила ноги, подняла руки в овал, следом поставила правую ногу в позицию фуэте, коснувшись пальцами левого колена. На стене чётко отобразился её искажённый силуэт.

«Откуда она что знает?» — подумала Арина. — «Этой соплюхе 12 лет, как она может поймать такие верные эмоции?»

Картина, или вернее, живая инсталляция, как сказали бы в 21 веке, со стороны смотрелась до крайности печальной и трогающей за сердце, хотя Арина сама участвовала в её создании. Посреди комнаты, озаряемый закатным лучом солнца, словно плывя в нём, стоит девушка в чёрных шортах и белой майке, силуэт которой отражается на стене. В углах притаились тени.