Однако желающих не нашлось. Даже если кто-то хоть немного и умел петь, то понимал, что в вокальном состязании с такими прекрасными артистами, как итальянец и русская, ему не выстоять.
… Линда Флоркевич смотрела на Люду Хмельницкую и поражалась, насколько многогранен её талант. Мало того что она прекрасная фигуристка, артистичная, техничная и красивая, так ведь ещё прекрасный постановщик. И вдобавок отличная певица. И неожиданно ей сразу же пришла в голову мысль: а что если когда-нибудь в будущем, когда ледовое шоу будет поставлено, то Хмельницкая в нём сможет не только выкатать номер, но и спеть? И тут же представила Люду в длинном белом платье оперной дивы. Неожиданно на ум начали приходить пока ещё отрывочные куски некоего либретто. А что, если поставить программу про театралов? Например, про оперу и балет? Сделать Хмельницкую главным действующим лицом? Вокруг неё закрутить весь сюжет?
Тема эта была бы очень привлекательная, с мистическим оттенком. Линда уже мысленно видела перед собой громадный старинный оперный театр где-нибудь в Париже или в Милане, со своими легендами, старыми глубокими подвалами, уходящими в бездну, большими костюмерными и реквизитными, заваленными рухлядью, которая копилась веками. Естественно, в этом театре когда-либо происходили различные смерти и несчастные случаи, как среди зрителей, так и среди актёров, певцов и техников. А где смерти, там есть призраки, не находящий себе упокоения. Она представила освещённые старинными газовыми рожками бесконечные тёмные коридоры со слоняющимися по ним артистами, костюмерами, работниками сцены, при взгляде на которых очень трудно обнаружить, живой человек идёт или это привидение.
Да, безусловно, эта идея была очень привлекательной. Минус был только один: как раз через 2 недели в Лондоне, в Королевском театре, должен был стартовать широко распиаренный мюзикл Джона Ллойда Уэббера «Призрак оперы», в котором, судя по рекламе, должны были соединиться старое и современное искусство, классическая и современная музыка. И как раз таки постановка Уэббера предполагалась именно на эту тему. Жаль, но такая великолепная идея, которую Линда сейчас задумала, к сожалению, окажется вторичной… Всё-таки, вполне возможно…
Неожиданно Флоркевич загорелась. Она вдруг явно почувствовала призрак успеха, как привидение из будущей постановки, замаячивший перед ней. Каким-то чудом Линда нашла на столе авторучку и, чтобы ничего не забыть, на салфетке написала примерное либретто будущей постановки. Нужно отдать это Хмельницкой… Иначе потом забудется и канет в неизвестность…