Время было уже позднее, и в горкоме почти никого не было, лишь на втором этаже светились несколько окон. В фойе сидел милиционер. Увидев вошедших, по привычке встал и козырнул, отдав честь. Кто такие пришли, непонятно. Но вдруг какие-то важные персоны…

Поднявшись по красной ковровой дорожке на второй этаж, сопровождающий подошёл к дубовой двери с красной табличкой на двери, на которой золочеными буквами было написано: «Первый секретарь Московского городского комитета Коммунистической Партии Советского Союза Борис Николаевич Ельцин». Сопровождающий постучал в дверь и, получив ответ, отворил её, сделав приглашающий жест.

Арина с опаской вошла в обширное помещение и огляделась. В приёмной пол выложен тёмным паркетом, стены облицованы панелями из морёного дуба, на потолке хрустальная люстра. Вдоль стены справа находился ряд длинных золочёных стульев с красными подушечками, напротив, у окна, большой рабочий стол секретаря, у стены слева несколько шкафов. Самого секретаря не было. Вправо вела большая двустворчатая дверь, которая сейчас оказалась открыта. У двери стоял Борис Николаевич Ельцин собственной персоной. Чёрный костюм, белая рубашка, строгий синий галстук, на левом лацкане пиджака значок делегата 27 съезда КПСС. Седые пышные волосы тщательно расчёсаны на пробор.

— Ух ты, какие люди ко мне пожаловали! — обрадованно сказал Ельцин и сделал приглашающий жест в кабинет. — Заходите в гости, дорогие мои!

Люда с Мариной одна за другой зашли в кабинет и остановились около длиннющего чёрного стола заседаний с такими же золотисто-красными стульями, которые стояли в приёмной. Стол у Ельцина был монументальный, тоже чёрного цвета, с бронзовыми солидными письменными принадлежностями и несколькими телефонами. За столом громадное чёрное кожаное кресло, за которым на стене большой бронзовый герб Советского Союза. По бокам от него два портрета: по левую сторону Владимира Ильича Ленина и по правую сторону Михаила Сергеевича Горбачёва. В углу на подставке флаг Советского Союза. В кабинете тоже на полу паркет, а на стенах дубовые панели.

— Вот так и работает первый секретарь городского комитета партии, — рассмеялся Ельцин и обвёл рукой ширь кабинета. — Скучно всё, ничего примечательного. Простая обыденность. Дайте я вас хоть поздравлю с великолепными выступлениями и зрелищными прокатами. Поздравляю вас, девчонки, от всей души! Таких, как вы, больше в Советском Союзе нет!

Ельцин подошло сначала к Арине, обнял её, поцеловал в щёку, хлопал по спине, потом подошёл к Соколовской, тоже обнял её, похлопал по спине, потом отошёл и посмотрел с ног до головы, как будто впервые увидел.