— Лично я вижу здесь много положительных моментов, — осторожно ответил Шеховцов. — Во-первых, наши фигуристки станут ещё популярнее за рубежом. А это, вы же сами говорите, должно быть большим стимулом прославления нашего социалистического образа жизни. Люди хотят смотреть на них, они лучшие, значит, мы первые во всём! Мы, а не американцы! И это один момент. Второй — это валюта, как бы меркантильно это ни звучало. У нас есть возможность заработать валюту для государства, разумеется. Разве это плохо? Люда своим трудом поможет стране. Лично я считаю так.

— Плохо, что считаете, товарищ Шеховцов, — строго сказал Грамов. — А давайте посмотрим на это с другой стороны! У нас, у советских людей, нет такого понятия, как популярность! У нас все равны! Вы же знаете, единица — ноль, а коллектив — сила! Вот в чём могущество нашего государства: не в одном человеке, а в огромном множестве. Хмельницкая никогда не сравнится со всем советским обществом. А насчёт валюты тоже вопрос тонкий. Валюту можно по-разному зарабатывать, в том числе и рабами торговать, но нужна ли такая валюта? Это, извините, не довод. Нашему государству есть что предложить всему миру за валюту. И то, если она будет необходима.

Шеховцов понял, что разговаривать бесполезно, Грамов не разрешит Хмельницкой ездить за границу и участвовать в каких-то развлекательных мероприятиях.

— То есть вы против? — спросил Шеховцов.

— Не то что против, я категорически против! — решительно ответил Грамов. — И больше ко мне с этим вопросом не подходите, а то сильно обижусь.

Шеховцов пожал плечами, попрощался с Грамовым и покинул его кабинет.

«Старый маразматик», — недовольно подумал Валентин Игоревич, заходя к себе в кабинет и включая кассету с Пинк Флойдом.

Всё-таки решил он гнуть свою линию, хотя это грозило серьёзными последствиями. Но, как бывалый функционер, осторожно, в другом направлении. Никогда не нужно ломиться в закрытую дверь, если есть возможность залезть в окно.

В первую очередь Шеховцов думал о фигурном катании, а не о каких-то геополитических амбициях. Фигуристок должен узнать весь мир. Если Соколовская или Хмельницкая выиграют Олимпиаду, их имена вознесутся до небес, что послужит очень положительным фактором для Советского Союза… А также для него самого лично, а это Ленинская премия, орден Ленина или орден Октябрьской революции, или уж как минимум, Трудового красного знамени. Наверняка кандидатом в ЦК сразу возьмут, а там и до Политбюро недалеко…

Однако открыто выступать против начальника не следовало. Для этого были другие рычаги влияния…