— Хорошо, — кивнул он, но от расспросов воздержался. — Такой приказ они сейчас получат. — И направился к подразделению.

Дождавшись сигнала от Смолова о том, что волкодавы заняли дом, я выдохнул в микрофон: «Штурм», — убедился, что Прохор, Николай Николаевич и Иван Васильевич метнулись к центральному входу в дом, выдержал для гарантии пару секунд и сам перешёл натемп . На этот раз я никуда не спешил иобъединял волкодавов более тщательно. Результат получился не быстрый, но явно лучше, чем в прошлый раз, не было повторного «захода». Да инастроиться получилось легче — усталость бойцов подразделения никто не отменял. Пользуясь этим, ядержал их… нет, не сильнее, а чуть качественнее, и вовремягасил отдельные вспышки ментального сопротивления.

Движение моих трёх «коллег по опасному бизнесу» отслеживал тоже — в этот раз они, видимо, учитывая мои пожелания, действовали не так быстро и жёстко, но зачищали свои зоны не менее тщательно — явидел , как волкодавы надёжноложились и переставалидвигаться . Наконец и последние очаги сопротивления на первом этаже, гдевоевал Орлов, были подавлены, а из центрального входа начали появляться поддерживающие друг друга волкодавы.

Я же уселся на землю, кинул рядом шлем и закрыл глаза —откат после этого сеанса был сильнее, чем от первого… Сколько прошло времени, не знаю, а из состояния лёгкой нирваны меня вырвал голос Прохора:

— Лёшка, ты как?

— В норме. Отдыхаю, — ответил я. — Как прошло?

— Как вчера с дворцовыми, — хмыкнул он. — И ты был прав, волкодавы менее восприимчивы к твоему воздействию. Не сказал бы, что жилы рвал, но напрячься мне пришлось. Особенно в первый раз.

— Рад за тебя.

— Лёшка, и ещё… — Он сделал многозначительную паузу. — Я бы не рекомендовал тебе проводить с подразделением третий раунд. Можно реально кого-нибудь покалечить. Сил у них не так много осталось, особенно у девушек…

Я поднял глаза на своего воспитателя, рядом с которым стоял и мой дядька, который кивнул:

— Согласен с Прохором. Лучше на мне потренируйся. — Он улыбнулся.

— И на мне. — Это подошёл Орлов. — А то бойцы еле живые, а я бодр, свеж и готов к новым подвигам…

— Прохор, третьим против меня будешь? — хмыкнул я.

— А ты не много ли на себя берёшь, курсант? — серьёзно спросил тот.

— Тогда пообещайте быть со мной нежными, — поднялся с земли я. — И не здесь, а на полигоне. Иначе разломаем мы этот дом… Своей нежностью…

Дядька же посмотрел на генерала, который ему кивнул:

— Дерзкий отрок, но меня он уже один развалял … Так что советую отнестись к его предложению крайне серьёзно. Да и бойцам моим будет полезно понаблюдать за тем, к чему надо стремиться. Ты не против, Николай?