— Помнишь, мы хотели каким-то образом на Сашкиных родителей надавить, чтобы они не всё заработанное у него не забирали? Вернее, чтоб мамаша евойная всё к рукам не прибрала? — спросил воспитатель у меня. — А хотели это мы сделать через Михаила Николаевича…

— Помню, Прохор, — кивнул я. — А ты обратил внимание, как он рад приезду родителей? А ведь с его отъезда со Смоленщины меньше двух недель прошло. Как бы он теперь сам им всё до копейки не отдал…

— Вот и я про это… — протянул воспитатель. — У Сашки после тех событий, — он многозначительно посмотрел на меня, — полное понимание пришло, что ближе своего рода у него никого нет и никогда будет. Ну, ты ещё… Только ведь он не знает, что тебе пришлось… пережить из-за него.

— Не из-за него, а в первую очередь из-за себя, — поморщился я. — Не путай божий дар с яичницей, Прохор. — И, отставив в сторону тарелку как раз с яичницей, встал. — Проводишь до машины?

— Пошли. — он тоже поднялся.

И уже у машины воспитатель мне сказал:

— Я переговорю с Михаилом Николаевичем, может, он чего и придумает путного…

— Спасибо, Прохор. Дед уж точно чего-нибудь придумает.

— Ты про отчёт не забыл по вчерашней операции?

— Не забыл, — вздохнул я, садясь в «Волгу». — Сегодня некогда, завтра тоже день расписан по минутам, а в субботу новоселье. Вот в воскресенье и напишу, заодно и с Лебедевым пообщаюсь.

— Сегодня, Алексей. Сегодня отчёт напишешь. — Воспитатель смотрел на меня серьёзно. — Ты ещё к ночи должен был его приготовить. Так что вернёшься с учёбы и сядешь за эпистолярное творчество. И без возражений, — добавил Прохор, видя, что я уже собрался что-то сказать. — Можешь по дороге накидать черновик, потом легче будет на чистовую переписывать. И ещё. Совсем забыл сказать. Вчера вечером звонил твой отец, сказал, что они с дедом людей пришлют, которые к новоселью тут всё и подготовят, чтобы ты не беспокоился. Пока. — Он захлопнул дверь.

Отец с дедом решили взять все заботы по новоселью на себя? Спасибо им за это огромное! А у меня и так эти дни чуть ли не по минутам расписаны. Отчёт ещё этот!

Именно написанием черновика отчёта я и занялся по дороге, а зайдя на территорию университета и встав на краю дорожки, поджидая друзей и кивая на приветствия проходящих мимо студентов, поймал себя на том, что даже сейчас на автомате находился в состоянии лёгкого боевого транса и постоянносканировал окружающее пространство на предмет угрозы. Причём получалось это у моего подсознания хоть и с некоторым напряжением, но не сказать, чтобы уж с очень большим. Это я что, так Ивана-колдуна стал опасаться? Или начали проявляться навыки, вбитые в меня Прохором в детстве, когда он заставлял на постоянной основе таскать доспех? Или это признаки развивающейся паранойи? А ведь Прохор всегда учил, что от боевого режима тоже надо уметь выключаться, иначе крыша может поехать. Да и отец тогда говорил о нормальности именно мирной жизни, а не всех этих войнушек… Может, виной всему отчёт? И я просто заново переживаю вчерашнюю операцию? Скорей всего так и обстоят дела…