— Ты полежи, отдохни, — обнял я её. — Можешь поспать. Договорились?
— Хорошо, — кивнула она. — Езжай уже, Лёшка, опоздаешь ведь… — Леся поцеловала меня и подтолкнула в сторону машины.
И опять гонка без соблюдения ПДД, перекрытие дороги, строй дворцовых по периметру университетской стоянки, и моё ожидание друзей сразу за забором университета — их машин на стоянке пока не наблюдалось. Зато наблюдались необычно низко кланяющиеся студенты, проходящие мимо меня, привычно устроившегося рядом с аллеей, ведущей от стоянки до здания университета.
Так, вот Шереметьева подъехала, за ней Юсупова, а вот и Долгорукие.
— Ты, Алексей, главное не расстраивайся, — заявил мне сходу Андрей, протягивая руку. — Студенты как могли, так и решили выразить свои чувства.
Девушки же загадочно улыбались.
— Ты о чём? — не понял я.
— Пошли. — Мы двинулись по алее. — Вчера вечером целых три группы создали в мессенджере, которые потом объединили в одну, — хмыкнул он. — Студенты решили тебя поприветствовать, только и всего. — Андрей указал в сторону здания университета, около входа в который толпились люди. — Так что улыбайся и готовься их благодарить.
Инга с Натальей, усмехаясь, кивнули, присоединяясь к словам Андрея, а Анна добавила:
— И вообще, Алексей, я рассчитываю на твоё эксклюзивное интервью. Машка с Варькой своё предварительное согласие вчера уже дали. Если откажешься, твоё императорское высочество, — она хмыкнула, — статья всё равно выйдет, но в ней ты таким героем расписан будешь, вовек не отмоешься!
— Ань, ты серьёзно? — вздохнул я.
— Более чем, — кивнула Шереметьева. — Я такой шанс не упущу. И, если не хочешь, чтобы статья получилась однобокой, только про пиу-пиу и бах-бах, а великий князь Алексей Александрович Романов предстал человеком, а не роботом, ты сам со мной всеми чувствами и эмоциями поделишься, которые там испытал. Это сделает статью более жизненной, правдивой, да и имиджу рода Романовых пойдёт только на пользу, — она хитро улыбнулась.
— И твоему имиджу, Анька, тоже, — хмыкнула Инга. — Нас-то в своей статье упомянешь?
— Не планировала, — отмахнулась Анна от подружки, продолжая смотреть только на меня. — Алексей, соглашайся, тебе нечего опасаться. Всё равно этот материал пойдёт в печать только после согласования с императорской канцелярией…
— Хорошо, Аня, — кивнул я. — Мне этот вопрос надо с отцом обсудить. Думаю, до конца занятий я дам тебе ответ.
— Буду ждать. — Шереметьева с трудом скрывала свою радость.
Тут мы как раз подошли к огромной толпе студентов, сгрудившихся около крыльца. Они мне дружно поклонились и, распрямившись, захлопали. Натянув на лицо самую широкую улыбку, я кивнул: