У самого вертолета бойцы по одному отключали маскировку и заскакивали внутрь.

Я подождал, чтобы пропустить всех, а когда влез, то дверца за моей спиной со стуком закрылась. Глазам моим предстал испуганный пилот-кайтерит в сдвинутом набок шлеме, чтобы слышал не только то, что в наушниках, и спокойный, как слон, Дю-Жхе с автоматом.

— Полетели? — буднично спросил он.

— Да, — я кивнул.

— Прошу разрешения на взлет, — подал голос пилот, и он у него оказался тонким, то ли от рождения, то ли от ужаса.

— Аккуратно взлетаем, — инструктировал его Дю-Жхе. — И идем по твоему маршруту… — ферини повернулся ко мне. — Он везет всякое барахло на юг. Отлетим немного и повернем.

Меня трясло от нетерпения, очень хотелось рвануть прямиком на запад, но это не вариант — на базе мигом сообразят, что не все в порядке, и попытаются нас посадить или даже сбить. Поэтому да, сначала идем по назначенному маршруту, потом инициируем технические проблемы и начинаем заниматься своими делами.

Ноги мои вжало в пол, ВПП пошла вниз, открылся вид на базу целиком, на садящийся вертолет. Потом горизонт расширился, и мы увидели всю южную окраину Столицы, небоскребы в дымке, неровное пятно Отсутствия, дымы многочисленных пожаров, разрушенные здания и взорванные дороги.

Война правила бал в величайшем городе Гегемонии.

* * *

С высоты все выглядело иллюстрацией из рекламного буклета для миллионеров «Скромные дворцы на берегу моря»: утопающие в зелени дома цвета восхода, остроконечные крыши, голубые пятнышки бассейна, полоса пляжа. Но я смотрел на это с ненавистью — тут располагалось гнездо ордена Трех Сил, тут держали мою жену и дочь.

Очень хотелось, чтобы у них прямо на территории располагалась площадка для вертолетов, чтобы мы могли свалиться прямо им на голову. Но ничего подобного не было, только узкая дорога, серой змеей лежавшая между скал, и пристань с парочкой катеров.

— Давай прямо на дорогу, — велел я пилоту. — Перегородим заодно.

Он глянул на меня умоляюще, я ответил ободряющей, ну может быть немного злобной улыбкой. Вертолет пошел на спуск, скалы, похожие на исполинские стертые зубы, оказались справа и слева, внизу закачались густые кусты на обочинах, и мы мягко опустились на землю.

— Нара, останешься тут, — велел я. — Присмотришь, чтобы этот не сбежал. Дело такое.

— Но вы же обещали меня отпустить? — проблеял пилот.

— Отпустим, конечно, — я похлопал его по плечу. — Когда ты будешь больше не нужен. Немножко позже.

Я распахнул дверцу и выскочил наружу, и в лицо мне ударил жаркий чистый воздух. Поначалу я задохнулся от запахов горячего камня, травы, соленого ветра с моря — всего, что ассоциируется в первую очередь с отдыхом, с отпуском где-нибудь на юге.