Ну уж нет!

В следующий момент Юля сидела у меня на коленях, и обнимала меня крепко-крепко. Ну а я ощущал ее тело вплоть до самых интимных изгибов, вроде бы даже до внутренностей, как бьется ее сердце, как скользят вверх-вниз веки, когда она моргает, как поднимается и опускается грудь при вдохах, как напрягаются и расслабляются крохотные мышцы при каждом движении, такие, которые она сама не замечает и не контролирует.

И все это заводило меня куда сильнее, чем откровенные ласки или картинки с порно. Конечно я понимал, что сейчас не время, но я очень давно не видел жену, я скучал по ней неимоверно, и я хотел ее просто невыносимо.

Но мы просто сидели в обнимку, и делились друг с другом теплом, пытаясь растворить в нем рухнувшее на нас горе.

Какие-то уроды похитили Сашку.

* * *

Телефон грянул точно сирена пожарной машины, бесшумно заехавшей прямо в комнату.

— Кто там? — спросил я.

Юля поднялась, вынула из кармана смартфон:

— Номер не определяется. Но наверняка похитители.

— Дай я! — я тоже вскочил.

— Нет! — слезы ее мгновенно высохли, светлые глаза смотрели твердо и решительно, передо мной стояла не растерянная мать, а полная решимости женщина из семьи правителей, готовая бестрепетно встретить что угодно, смерть близких, предательство, и даже похищение собственного ребенка. — Они не знают, что ты ты здесь, на Земле, пусть не знают и дальше. Это может стать нашим преимуществом.

Я кивнул.

Юля вздохнула, провела ладонью по лицу, и нажала на экран:

— Да.

Она включила громкую связь, поскольку я тоже услышал знакомый хрипловатый голос.

— Доброго времени, — сказал Иван, и мои руки непроизвольно сжались в кулаки. — Успокойся, с твоей дочерью ничего не произошло. И не произойдет, если ты будешь вести себя правильно… то есть выполнять наши указания четко и быстро, без бунта и глупостей.

Не знаю почему, но его манера речи в этот момент напомнила мне о Табгуне — слова произносятся так же неспешно, паузы в неожиданных местах, не хватает только высокопарных оборотов, на которые так горазд двоюродный брат только что скончавшегося Гегемона.

— Кто вы такие? — спросила Юля. — Где Сашка?

— Она недалеко. И мы дадим тебе поговорить с ней. Но немножечко позже. А кто мы… — тут Иван усмехнулся. — Скажем так, мы те, кто хочет, чтобы Гегемония была сильной и могучей, чтобы ей управляли те, кто этого заслужил не по праву рождения, а по собственным заслугам.

— Все ваши заслуги — это похищение ребенка! Нельзя же так! Дайте с ней поговорить! — потребовала Юля. — Если с ней что-то случилось, то я выпущу тебе кишки и заставлю тебя их жрать вместе с содержимым. Ты же понимаешь, что я не шучу, «дядюшка Иван»? Понимаешь?