Лео замечала мое состояние, но выводы из него сделала своеобразные. В один из вечеров, забирая меня с симулятора, она притащила с собой куртки и позвала прогуляться по парку. Не видя подвоха, я согласился. Впереди полгода полета, сейчас самое время надышаться нормальным воздухом.

По дорожкам Лео шла уверенно, явно имея какую-то цель. Я удивился, но вопросов не задавал — мне было все равно, куда идти, если с ней.

За очередным витком дороги открылся вид на парковый пруд. Лео достала из кармана какой-то пульт, и через секунду фонари вокруг пруда погасли. Почти на ощупь мы спустились к воде. Облаков сегодня не было, звездный ковер раскинулся над нами, а внизу лежало темное зеркало воды с изредка пробегавшими искрами бликов. Лео прислонилась ко мне спиной и стала разглядывать небо. Я, не задумываясь, обнял ее.

— Ты знаешь все звезды? — Ее голова лежала на моем плече.

— Все, наверное, нет, — усмехнулся я.

— А созвездия?

— Ну, вот прямо над нами, смотри, неправильный пятиугольник. Это Цефей. Рядом с ним похожая на букву М — Кассиопея. Видишь?

Лео подвигала головой, пристраивая ее по удобнее.

— Вижу.

— Вон там ковш Большой Медведицы, а слева от Полярной звезды, видишь вон ту точку? — Я дождался кивка. — Созвездие Дракона. Ближе к утру можно было бы увидеть Орион. Одно из самых ярких созвездий. Я, когда был маленький, очень хотел полететь к Бетельгейзе — это красная звезда в левом плече Ориона.

— Что же тебе в ней нравилось? — Лео чуть наклонила голову назад, пытаясь в темноте разглядеть мое лицо.

— Это одна из крупнейших звезд среди известных. И первая после Солнца, для которой удалось получить изображения диска и пятен на нем. Кстати, такой, как сейчас, она пробудет недолго. Скоро Бетельгейзе закончит свое существование либо взрывом сверхновой, после чего превратится в нейтронную звезду, либо гравитационным коллапсом, став черной дырой. И тоже со вспышкой, сравнимой со взрывом сверхновой. Так что в любом случае это будет грандиозным астрономическим событием. На некоторое время Бетельгейзе станет на небе почти такой же большой, как Луна. А через шесть миллионов лет после этого до нас докатится взрывная волна. Правда, Бетельгейзе далеко, поэтому к моменту, когда выброшенное вещество подойдет к Солнечной системе, оно будет уже рассеянным, и скорость взрывной волны погасится встречным солнечным ветром.

Мы помолчали, вглядываясь в звездное небо. Потом Лео завозилась и что-то достала из кармана. Протянула мне.

— Это очки. Надень.

— Зачем?

— Лёх, надень. — Она вывернулась из моих объятий и настойчиво протянула мне очки. — Давай я научу тебя открывать разрыв в пространстве, не переходя в него.