Пара осторожных тычков в круп и мы поехали быстрее. Работает! Однако я несколько увлёкся, и звери снова сорвались в галоп. Теперь бы ещё выбраться из клетки… Я обернулся назад и удивлённо замер. Моя соседка, всё это время не подававшая признаков жизни, смотрела на меня горящими глазами.

— Ройга тос мааг! — прокаркала бабуля и встряхнула клетку. Дерево жалобно заскрипело, и я невольно напрягся. Это ещё что значит?

— Не понимаю! — выкрикнул я и резко помотал головой.

— Ройга. Тос. Мааг, — раздельно повторила дикарка, будто это могло что-то изменить.

— Чёрт, да я язык твой не понимаю! — заорал я.

Пару секунд старушка молчала, а потом дёрнула руками решётку.

— Ройга! — произнесла она.

— Клетка? — спросил я и получил утвердительный кивок в ответ, — Что клетка?

— Тос! — дикарка красноречиво провела рукой по горлу. Жест в объяснении не нуждался, и я требовательно кивнул, в ожидании продолжения.

Соседка на пару секунд задумалась, а потом указала рукой куда-то вперёд и дико захохотала.

— Мааг! — сквозь смех выкрикнул она, — Дичи тром мааг, дхе!

Я резко обернулся и грязно выругался. Ошалевшие звери неудержимо неслись вперёд. Прямо по курсу показалась кромка леса, за которой просматривалось пустое пространство. Овраг. Твою ж мать!

Остановиться мы уже не успевали. Оставалось только вцепиться в прутья клетки и молиться всем известным богам, чтобы дикарка ошиблась.

— Аааа!!! — мой дикий вопль слился с рёвом тяжеловозов и треском телеги.

Повозка полетела в овраг, и перед глазами всё слилось в безумную круговерть. Мелькали обломки досок, копыта животных и стремительно меняющиеся местами склоны. Я изо всех сил вцепился в прутья руками и старался не проблеваться.

На последних оборотах телегу тряхнуло особенно сильно. Левая нога застряла между жердей. Сознание взорвалось болью. Тихий хруст остался незамеченным на фоне рёва умирающих животных.

Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт! Как же больно! Я давно отвык от таких ощущений. Прошлое тело было настолько накачано всякой химией и имплантами, что даже оторванная рука вызывала лишь лёгкий дискомфорт. Сейчас же всё было иначе.

Я с огромным трудом сумел выбраться из нагромождения обломков и, тихо подвывая, отполз в сторону. Левая нога превратилась в один пульсирующий комок боли. Кажется, я пару раз терял сознание, пока преодолел несколько метров до безопасного места. За спиной обречённо ревел и пытался встать на переломанные ноги один из зверей, второй лежал без движения и, кажется, уже был мёртв.

Что же делать? Я осмотрел свою сломанную голень и только покачал головой. Нежилец. Один в незнакомом лесу, без медикаментов и оружия — я протяну ровно до того момента, как сюда явятся хищники. Отбиться шансов никаких. Копьё осталось где-то в мешанине обломков и достать его было нереально, даже будь я полностью уверен, что оно уцелело.