— Шиги Найя! — вдруг облегчённо выдохнул предводитель отряда и остальные подхватили имя бабули, как мантру.

— Шиги Найя! — воины опустили оружие и согнулись в поклонах.

— Шиги Найя! — дикари отступили назад и быстро сформировали подобие строя.

Неужели это те самые ребята, что напали на караван? Я осторожно поднялся и отошёл в сторону.

Бабушка Найя ловко спрыгнула на землю и, заложив руки за спину, прошлась вдоль ряда воинов. Старушка выдала целую тираду на своём гортанном наречии. Я ничего не понял, но с удивлением видел, как огромные мужики втягивают головы и виновато отводят глаза. Лучнику досталось особенно сильно. По рукам. Его же стрелой. Кто, чёрт подери, эта бабка?!

Когда разнос был закончен, все разошлись в стороны, и ко мне подошёл лучник. Его товарищи бесшумно исчезли в зарослях, будто их и не было. Один присел возле туши кабана и стал деловито разделывать её на части.

— Моя Кхалеб. Старейшая велела отнести тебя в деревню, дхе Бас, — с чудовищным акцентом произнёс воин.

— Отвести? — старательно проговаривая слово по буквам, уточнил я.

— Кхалеб сказал, что сказал, — усмехнулся дикарь, — Будь готов.

— Когда выдвигаемся? — фраза Кхалеба мне не понравилась, но спорить я не стал. Может, дикарь просто не понимает разницы между словами и доказывать ему что-то — только нервы тратить.

Мужик бросил взгляд по сторонам. Его соплеменник уже засовывал мясо в здоровый кожаный мешок, а больше на поляне никого не было.

— Сейчас, — просто сказал он и легко закинул меня на плечо, будто мешок с сеном.

— Воу-воу! Я и сам могу двигаться! — воскликнул я и дёрнулся всем телом. Вырваться не удалось, и я уныло повис на чужом плече. Как унизительно! Чем этих амбалов тут кормят, что они такие здоровые? И почему тогда мне досталось такое хилое тело?

— Виси, дхе Бас, — недовольно рыкнул Кхалеб, — Не мешай!

Дикарь сорвался с места и буквально полетел над землёй. Трава перед моими глазами слилась в черно-зелёное месиво. По ногам и заднице периодически стегали встречные ветки. Позор! Двадцать лет космодесанта! Десятки операций за спиной, а меня по жопе хлещут ветками, как нерадивого ребёнка!

Через час живот превратился в один большой синяк. Через три я выблевал всё, что оставалось в желудке и потерял сознание. Я временами приходил в себя, но ничего не менялось. Дикарь бежал. Внизу тошнотворно скользила лента земли, ноздри забивал крепкий запах чужого пота и каких-то растений. Чёрт, да человек он вообще или андроид какой-то? Когда же всё это закончится?

Через какое-то время на лес опустились сумерки. Тряска стала стихать, и мы наконец остановились. Кхалеб сбросил меня на землю, и я больно ударился плечом о корень дерева. Сил, чтобы встать или хотя бы перевернуться, не было. Я затёк от нечёсаных волос до пальцев ног, и каждое движение кололо тело тысячами иголок.