— Держи, дхе Бас! — произнёс Кхалеб, — Свежий улов!

Пару секунд я смотрел на предложенную еду, а потом осторожно откусил первый кусок. Желудок рванул к горлу, но я сумел сдержаться и проглотил комок склизкой плоти. Брр… Гостям только лучшее, да?

— Ну как, дхе? — жадно сглатывая, поинтересовался радушный хозяин.

— Шикарно! Просто шикарно! — давя рвотный позыв, ответил я и, вспомнив старую традицию своей семьи, добавил, — Разделишь со мной трапезу, Кхалеб?

— Буду горд, — степенно ответил хозяин дома и быстро притащил из своих запасов пару чёрствых лепёшек.

Боги, наконец-то нормальная еда. Я отдал Кхалебу рыбину и накинулся на чёрствый хлеб. Желудок отчаянно урчал, но вскоре затих.

Когда с трапезой было покончено, я вдруг вспомнил одну важную вещь.

— Кхалеб, у тебя есть нож? — спросил я хозяина дома.

— Моя есть, — кивнул дикарь.

— Одолжи на минутку.

Кхалеб молча вытащил из сапога длинный кинжал и протянул мне.

— Спасибо, — осторожно принимая дымчато-серый клинок, произнёс я.

Обещания нужно выполнять. Я пару секунд рассматривал чужое оружие, а потом взялся за собственные волосы и обрезал их под самый корень. Одной проблемой меньше.

— Твоя клянётся? — с интересом уточнил дикарь, принимая кинжал обратно.

— Можно и так сказать, — усмехнулся я, — Клянусь, что больше никто не схватит меня за них, как шелудивого пса.

— Достойная клятва, — серьёзно произнёс дикарь, кольнул остриём собственный палец и непонятно добавил, — Видел, был, знаю.

Уже окончательно стемнело, и мы улеглись спать. Прямо на толстых ветках пола. Сначала я думал, что будет неудобно, но отрубился моментально.

Утром проснулся от шума чужих голосов. Кхалеба в хижине не было, и я осторожно высунулся из дверного проёма, чтобы изучить обстановку.

Деревня жила своей жизнью. По тропинкам бродили люди. Я впервые увидел женщин племени и пришёл к выводу, что они довольно симпатичные. В траве весело играла голозадая детвора. При взгляде на возню малышей в душе шевельнулась горечь утраты. Из омута воспоминаний меня выдернул громкий голос Кхалеба.

— Утра, дхе Бас! Спускайся! Старейшая хочет говорить с тобой.

Жилище бабушки Найи находилось на дальнем конце деревни. Дикарь привёл меня к огромной дыре в земле и просто ткнул в неё пальцем.

— Иди, дхе, — произнёс Кхалеб, — Шиги Найя ждёт.

Я ожидал увидеть грязную нору и кучу прелых шкур, но ошибся. Добротная землянка сияла чистотой. Голову кружили запахи развешанных под потолком трав и каких-то корешков.

— Гроун сар гити, дхе Бас, — прокаркала вынырнувшая из-за висящей у дальней стены шкуры бабушка и указала мне на пол.