Ксенос порылся в кармане набрюшного фартука, так воровато автономно вращая глазами по сторонам, что добрая половина завтракающих наверняка приняла его за торговца наркотиками.

— Я ставлю сто единиц на то, что авшуры — простите, забыл название их корабля! — выиграют гонку! — торжественно заявил он, вручая букмекеру маленький тусклый шарик крамарской валюты.

— Только сотню? — разочарованно уточнил Хрущак, рассчитывавший, что крамарский миллионер рискнет хотя бы тысчонкой.

— Это еще не все! — пообещал ксенос и, дождавшись, когда букмекер внесет ставку в таблицу и выдаст игроку номерной жетон, протянул ему второй шарик. — И сто на то, что авшуры проиграют!

— А какой в этом смысл?! — растерялся Хрущак. — Ставки же, считай, в ноль схлопнутся!

Крамарец снова закрутил глазами, убедив в своей исключительной криминальности оставшуюся половину зрителей.

— Хочу испытать полноценный азарт от гонок, усиленный радостью победы и горечью поражения! А деньги терять не хочу.

Воображаемая глава ОЗК слезла со стола и поглубже застегнула пуховик.

Человека Хрущак прогнал бы с возмущенным «Не дурите мне голову!», а приятеля — еще и пинком, но спорить с дотошным занудным ксеносом было себе дороже.

Букмекер принял вторую ставку и выразительно воткнул вилку в салат.

Крамарец понял, что хуманс не прочь еще больше расслабиться в его компании, и с готовностью умостился поудобнее.

* * *

Обычно психологи обставляют свои кабинеты предельно лаконично, в спокойных тонах, дабы пациент мог максимально расслабиться и сосредоточиться на своей проблеме.

Мэй Ким работала «от противного», стараясь синхронизировать обстановку с внутренним состоянием пациентов, а потом уж заниматься уборкой.

Или просто терпеть ее не могла.

— Ну как ты тут, осваиваешься? — Мэй привстала на цыпочки, чтобы полить цветок, давно издохший даже на взгляд Аш-Сэя.

Ирэл кивнул и очень осторожно опустился в кресло.

— Не бойся, его даже киборги сломать не смогли! — подбодрила психолог.

— А выглядит так, будто уже сломали. — Аш-Сэй поднял и опустил подлокотник, чего изначальная конструкция кресла не подразумевала.

— Тогда зачем ты его выбрал?

— Я всего лишь зашел к тебе посоветоваться насчет главных подозреваемых, — с упреком сказал детектив.

— Извини, профессиональное, — неубедительно покаялась Мэй. — И кого ты подозреваешь?

Аш-Сэй веером развесил перед собой шесть вирт-окон. Мэй вскользь глянула на них через плечо и удивленно подняла брови.

— Вижу, ты времени даром не терял! Ты этой ночью хоть спал?

— Пару часов.

— Хватило?

— Пока не знаю.

Мэй потыкала цветок пальцем и, кажется, начала о чем-то догадываться.