Компания инопланетных гастарбайтеров снова забежала вперед и жестоко оскорбила «бобров» еще более неряшливой стройкой.
Теперь колония откочевала на целых два километра. Женька уже думал поворачивать обратно, но «бобры» в то же время решили, что наконец-то оторвались от конкурентов. Пришлось из последних сил их в этом разубеждать.
Провожать колонию в очередную миграцию отправился один Джек и вернулся только через час, с высунутым языком — зато с отличными новостями.
— Они доплыли до истока Рябки, — доложил он. — Там, где она ответвляется от Багиры, и ушли вниз по течению.
— Ур-р-ра, мы победили! — заскакала и захлопала в ладоши Лиза.
Кай смотрел на нее с такой же гордостью, как раньше на водопад: «Это моя подруга, и это была ее гениальная идея!» Да, третья по счету, но кто будет судить победителей?!
— Ага, — вздохнул Женька, как раз-таки знавший, кто. — Осталось только пешком вернуться к флайеру и по пути разобрать шесть плотин. Ерунда!
— Конечно, ерунда! — охотно согласился Джек. — Уж теперь-то мы смело можем позвонить Трикси и запросить подкрепление и эвакуацию! Как самоотверженные, но очень уставшие герои.
Женька посмотрел на неумолимо лиловую Лизу, на Кая в безнадежно драной, а с утра новой фирменной футболке, на Мотю, которой новый окрас, пожалуй, даже шел, но, чтобы насладиться им, надо отмыть со свинки тонну грязи (понятно, кто будет этим заниматься!), и твердо сказал:
— Нет уж, герои должны сами убирать за своими подвигами!
Глава 3. Профориентация. Часть 1
Глава 3
Профориентация
— Нет уж, — отрезал Хрущак, — в таком виде ты никуда не пойдешь!
Лиза стояла перед отцом, высоко задрав облупленный лиловый нос и заложив руки за спину — не то изображая пленного партизана на допросе, не то прикрывая ладонями инстинктивно ноющие места. Хрущак никогда не поднял бы руку на ребенка, однако иногда дух ремня витал в воздухе особенно отчетливо.
Родительское порицание Лизу, конечно, огорчало, но лишь с той точки зрения, что любимый папа не понимает и не разделяет ее гениальных замыслов. Поэтому Хрущак попытался использовать порицание общественное:
— Представь, что сказали бы на это твои одноклассники?!
Предполагалось, что жестокие малолетки примутся тыкать в бедняжку пальцами и глумливо хохотать, но дочь без тени сомнений отбарабанила:
— «Ух ты!», «Круто!», «Как мы тебе завидуем!»
— Да неужели?!
— Ага! — кивнула Лиза. — Я им сразу похвасталась и фотки скинула!
Хрущак в который раз с тоской и гордостью задумался о том, что быть отцом будущей пиратской атаманши, конечно, почетно, но уж больно хлопотно.