— За две недели? — сочувственно уточнил Стрелок.

— За две с половиной! — возрыдал друг. — И сейчас только утро!

— Они же дети, — снисходительно (еще бы, его-то «ребенок» за ночь выцвел, только кончики вихров лиловыми остались!) напомнил Стрелок. — Считай, ядерные реакторы на холостом ходу — ругать и наказывать бесполезно, можно только направить их разрушительную энергию в правильное русло. Тогда и им будет счастье, и нам.

— В смысле, поручить им что-нибудь разрушить? — не понял Хрущак.

Стрелок затянул с ответом, прислушиваясь. У Хрущака екнуло сердце, и он тоже обратился в слух, причем все громче звенящая тишина нервировала больше шума.

— Что?! — не выдержал он.

— Что? — недоуменно посмотрел на него друг. — А… Не обращай внимания, это я с имплантом пытаюсь разобраться — уже пару дней какое-то… шебаршение в позвоночнике возникает сразу после того, как остановлюсь. Не знаешь, что это может быть?

— Шебаршение? — растерянно переспросил Хрущак. — Понятия не имею, я ж механик, а не кибернетик… Сходи в здешний медблок, там-то полно спецов по киберам, хо-хо!

Стрелок не обиделся — мысль, что он теперь может с полным правом причислять себя к подопечным ОЗК, его тоже забавляла.

— Полно, да не тех — они по «урожденным» киборгам специализируются и ими же плотно заняты. Ладно, через месяц у меня плановое обследование в клинике, которая делала операцию. Надеюсь, доскриплю… то есть дошебаршу до него, — усмехнулся он.

— Так что насчет детей-то? — нетерпеливо напомнил Хрущак. — Может, пристроить их подручными в тепличное хозяйство? Хотя бы до обеда, чтобы энергию растрясли!

— Нет, — поморщился Стрелок. — Вспомни свое детство! Ты хотел бы проторчать все каникулы в тесной душной теплице?

Хрущак вспомнил и смутился.

— Да и теплицу, опять же, жалко… — пробормотал он. — Но что тогда делать-то?! Я ведь, честно признаться, тоже летел на Кассандру отдохнуть и расслабиться, а не ходить след в след за ребенком! На станции таких проблем не возникало, оттуда детям деваться было некуда, а если они затевали опасную шкоду, то рядом всегда вовремя оказывался кто-нибудь из взрослых. А тут целая огромная планета!

— Я подумаю, — пообещал Стрелок, про себя с легкой грустью осознав, что однажды им придется безо всякой подстраховки отпустить детей в целый огромный космос.

Хрущак подуспокоился, привычно доверившись авторитетному другу, но не преминул припугнуть его для пущей мозговой активности:

— Только учти — они ведь сейчас тоже думают!

* * *

Кислая физиономия Роджера Сакаи идеально соответствовала бы шебскому болоту, ледяному дождю на Эдеме или пылевой буре в марсианской пустыне — но никак не изумительной кассандрийской погоде и природе, в которую он вышел из дверей замка, еще не зная, куда пойдет.