— Оль, о чем задумалась? У тебя сейчас такое напряженное лицо, что я даже испугалась. Кстати, ты мне так и не сказала зачем мы сюда прилетели, — внимательно меня рассматривая спросила подруга.

Мы уже укладывались спать, нам выделили на двоих большой диван а одной из комнат.

— Кать, давай завтра. Спать хочется, глаза сами закрываются, — чмокнула её в нос и отвернулась к стенке.

Та ещё что-то про себя шипела, типа что я совсем рехнулась, а она ничего толком не зная, как последняя дура подписалась под это. Затем прижалась ко мне и обняла, через пару минут уже тихо посапывала своим носиком.

Ранним утром нас накормили драниками со сметаной, сунули в дорогу пакет с пирожками и отпустили с условием вернуться. Пришлось клятвенно заверить что сегодня мы вернемся, и только завтра улетим обратно в Крым.

В дороге провели три с половиной часа, Запорожец не Волга и гнать под сотню не может, хотя трасса была хорошая. Остановились в местном отделении милиции, там Николай Владиславович показал своё удостоверение, он оказывается был генералом, а мы и не знали. Нам по его просьбе выделили провожатого с машиной — молодого лейтенанта, который смотрел на меня с Катей влюбленными глазами. Пока мы ездим по своим делам, дядя Коля решил в это время покопаться в своем автомобиле, что-то там начало стучать по дороге.

Вот эта улица, вот этот дом. Постучались, нас встретила немолодая женщина, которую я сразу узнала. В будущем я изучила это нашумевшее дело, и фотографии этой гадины запомнила хорошо. Милиционер объяснил ей, что мы приехали расспросить о работе госпиталя в годы войны, так как учимся на медицинском. День был воскресным, в доме она одна, муж ушел играть в шахматы. Прошли в небольшую светлую комнату, где я ей в лицо выдала.

— Вот мы и встретились Тонька-пулеметчица. Что тварь, думала всё забудется? Тебе не снятся в кошмарах те женщины и дети, которых ты лично добивала из пистолета? Не забыла мразь как обобрав мертвых, ты вечером напившись самогона и шнапса трахалась со всеми подряд. Вспомнила гнида? По твоей роже вижу что вспомнила. Ненавижу! — плюнула ей в лицо.

Та испуганно отпрянула, а затем схватив кухонный нож с воем на меня бросилась. Катя испуганно вскрикнула, пыталась закрыть меня собой, но я была быстрее. Вывернула у Тоньки руку с ножом и уложила её на пол.

— Катя, найди веревку или что нибудь похожее, нужно связать ей руки. А ты, — крикнула остолбеневшему милиционеру, — Заводи своего козла, едем в отделение, там я всё объясню.

Подруга веревку не нашла, подала полотенце, а лейтенантик выскочил на улицу. Быстро связала гадине руки, подняла на ноги и потащила на выход. Та упиралась и материлась, но силы были не равны, так что в машину её запихнула легко.