После завтрака доставили картину, к ней прилагался дипломат с дорогой косметикой. Пока сестра перебирала парфюмерию и прочие милые дамские мелочи, я в опустевший кейс положила три катушки с моей фанерой и одну видеокассету формата U-matic с записью клипа. Посольский клерк попрощавшись вышел, а я подхватив картину сразу унесла её в кабинет. Крюк уже торчал, так что долго возиться не пришлось, раз и полотно висит на стене.
— Ну и сколько стоит этот пейзаж с кувшинками? Ты я знаю на мелочи не размениваешься, — спросила Анастасия.
Она раскладывала на столе всё что было в дипломате, я же вывалила всё из него кучей. Помада, тушь для ресниц и ещё что-то в красивой упаковке. Одних духов больше десятка!
— Оль, здесь ещё коробочка, — сказала раскрывая её, — Ничего себе! Это же брошь.
На черной материи лежал золотой букет с цветами из драгоценных камней. От созерцания этой вещицы отвлек звонок в дверь, к нам прибежала запыхавшаяся Катерина. Когда же она наконец получит права, иначе точно запнувшись за что нибудь растянется на асфальте, ходить она не умеет, только бегать.
— Меня обещали выгнать из дома, не поверили про подаренные драгоценности, а это у вас что? — спросила она, разглядывая косметику и парфюм на столе.
— Настя, отдай Кате что у нас пойдет на выброс, — сказала я.
— На выброс⁈ — хором сказали они.
Повторили и посмотрели на меня как на сумасшедшую.
— Нужно будет сегодня матрасик надувной купить, положить у дверей прихожей, — продолжила я.
— Зачем? — снова хором спросили они.
— Как зачем? Катю когда окончательно выгонят из дома, она же сейчас наберет полные карманы парфюма и косметики, прибежит снова к нам, там мы её и устроим. Не выгонять же на жару и холод! Правильно?
— Правильно! — закивали они, потом до них дошло, но я уже заперлась в туалете.
— Открывай паразитка! Уже обделалась со страха? Открывай! — бесились они у двери.
Через несколько минут успокоились, наверное пошли делить утреннее подношение. Я на цыпочках вышла из уборной и заглянула в зал, зрелище там было ещё то. Каждый пузырек, флакон и помаду открыли, осмотрели и понюхали. Охая и ахая делились впечатлением, которое было от положительного до восторженного…
— Вот так родину и продали, девчиши-плохиши! — попыталась воззвать к их совести, но меня послали далеко и надолго.
— Девчонки, пора собираться! За нас никто и ничего не купит к сегодняшней вечеринке. Мы с Катей за продуктами, а ты Настя за посудой, встретимся здесь через три часа. Надеюсь ты договорилась с машиной?
Глава 8
Сэр Роберт налил в бокал Reserve Des Heritiers de Jean Fremicourt, мифический коньяк Уинстона Черчилля, которого очень уважал. Сегодня утром получив кейс с записями, который сразу был опечатан и зарегистрирован как дипломатическая почта, вылетел обратно на родину. Сейчас Гаскон сидел у растопленного камина, грел в руках многолетний напиток и размышлял. То что Лёд из ангелов не вызывало никаких сомнений, то есть они были, но вчера со страхом испарились.