Сегодня на улице дождь, прогнозеры в кои веки не ошиблись, поэтому одевают джинсы и футболку. Олеся уже сложила свои новые игрушки, надела джинсики и повесила через плечо огромный футляр с морским биноклем. Выглядела до того уморительно, что я еле сдержалась от смеха.

— Ты у нас настоящий морской волк, — подмигнула ей.

— Конечно! Моя мечта стать капитаном большого морского корабля!

— Молодец! Давай помогай, бери вон ту сумку с одеждой, а я понесу коробку с кукольным домиком.

Коробку и сумку с обновками Олеси у нас забрал Антошка, и как настоящий джентльмен тащил перед нами. Во дворе нос к носу столкнулся с Павлушей, пришлось их знакомить. Амурчик сетовал на то, что мы его не позвали, он бы нам обязательно помог. Пришлось пообещать — как только, так сразу и даже чмокнуть в щеку.

— Надеюсь Павлик ты правильно выбрал свою будущую профессию, может лучше другую, — спросила его.

Тот начал отнекиваться, а дальше пошла полная лабуда о летном училище и отряде космонавтов, куда его уже чуть ли не зачислили. Всё так банально и предсказуемо, что стало как то обидно.

Мы разъехались: Анастасия на службу, а я сначала доставила домой счастливого ребенка, затем отвезла Антона, который всю дорогу мрачно смотрел в окно.

— Не иначе приревновал? — спросила его.

— Да как ты могла! Мне сразу от ворот поворот — даже не надейся, а этого ловеласа липового целуешь, — взорвался он.

— Эх Антон, Антон. Не пройдет и года, как Пашу будут использовать по полной, и с женщинами и мужчинами. Соскочить у него выйдет, оттуда обратного хода нет, таких держат до последнего. Ты посмотри его дело, наверняка уже стоит пометка «69» или «Мёд», дальше сам разберешься.

Ошиблась я не на много, уже через полгода его приставили гидом к одному африканскому диктатору, который решил строить в своих джунглях коммунизм. Вечером тот поставил Павла на четвереньки и смачно плюнул тому в….

Утром «Пава» еле переставлял ноги, задница немилосердно болела, во рту было так противно, а распухший язык еле шевелился. Жирный негр всю ночь не спал и успокоился только под утро.

Через пару недель Павлуша в кружевной белой комбинации стоял на коленях перед австрийским бизнесменом, тот держа его за голову ритмично двигал бедрами, повторяя — Гут, гут. Под конец сильно прижал голову Павы и пробормотал Дас ист фантастиш.

Так прошло почти полгода, он уже потерял счет своим клиентам, которых приходилось обслуживать по полной программе. Были не только мужчины, женщины тоже. Одна толстая канадка использовала его как писсуар, впрочем это было ещё не самое худшее. Сломался он вчера, когда его отправили гидом к трем северо корейским товарищам. Что этой ночью с ним делали косоглазые не хотелось вспоминать, было больно и противно.