— Знаешь, Васин, — отойдя от шока через пару секунд выдохнул Кравцов, — если бы не весь этот кавардак, который творится из-за тебя, и вокруг тебя, тебя бы следовало арестовать.

— Потому что я не люблю пролетариат? — вспомнил я подобный диалог из романа Михаила Афанасьевича Булгакова «Собачье сердце», в котором заведующий, то есть заведующая культотделом «нашего дома», пытается впарить профессору Преображенскому журналы по полтиннику за штуку, для помощи детям Германии.

— Да, Васин, ты не любишь пролетариат, — произнёс собеседник, не обманув моих ожиданий, и улыбнулся.

— Слушай, гражданин начальник, коли ты меня не хочешь арестовывать, то тогда не мешай отдыхать уже! Чего ты меня уволок? Сейчас праздничный концерт начнётся. Самодеятельность будет выступать. Да и мои ребята петь будут.

— Не начнётся и пока выступать никто не будет.

— В смысле? — не понял я.

— Я имею в виду не начнётся пока сюда не прибудут некоторые гости.

— Что за гости?

— Вообще-то — это секрет, но тебе, как своему, расскажу.

— Ты уж определись, товарищ полковник — свой я тебе али нет. Ты ж меня со своим ведомством в шпионы уже давно определил, так чего ж тебе со мной откровенничать-то?

— Хорош дуться, Саша. Ты уже взрослый парень и сам должен понимать, что пока мы не докопаемся до истины, мы с тебя с живого не слезем.

— То есть для того, чтобы вы от меня отстали мне нужно умереть? К самоубийству толкаете, гражданин экс-Малафеев. А свои слова при прокуроре подтвердите или дадите заднюю? Слабо, как говорится, за базар ответить!

— Ты б за языком следил бы что ль… Ты кому такое говоришь? Совсем с ума сошёл, — он сделал рукой полукруг и пристыдил малолетнего хама: — Да и неудобно. Люди же кругом.

— Прошу «пардону», — тут же извинился пионер, но от разговора не отступил: — Ну так, что, подтвердите свои слова при прокуроре?

— При прокуроре… Подтвердите… — передразнил меня КГБэшник. — Ты же «палишься» на каждой фразе. На каждом слове. Ну кто ж в твоём-то возрасте так будет разговаривать, в подобном тоне, с действующим полковником КГБ, который, кстати говоря, почти в три раза старше? А? Молчишь? — он хмыкнул. — Вот и молчи лучше — за умного сойдёшь.

— Ну, так скажешь ты кто приедет или нет? Если нет, то нафига ты вообще этот разговор затеял, коль не хочешь говорить?

— Не нервничай, а то расколешься раньше времени, — хохотнул Кравцов, посмотрев через двери на сцену.

Это меня вконец достало, я развернулся и собрался было пойти к своим дамам, но комитетчик меня остановил.

— Короче говоря, примерно через полчаса сюда подъедут, — негромко произнёс он, посмотрел по сторонам и, видя, что остальные труженики находятся от нас относительно далеко, начал перечислять: — Товарищ Мячиков и товарищ Лебедев с…