Они бросились навстречу друг другу одновременно. Мягкие, пушистые лапы тигрёнка беззвучно оттолкнулись от платформы, и в то же время манул взмыл ввысь, выбив из металла искры когтями. Схватились в воздухе, с жутким скрежетом и рёвом, от которого хотелось зажать уши. Во все стороны полетели клочья шерсти, обломки, кровь, а через несколько мгновений они вновь разлетелись в стороны.

Похоже, у манула это была далеко не первая драка. И пусть на его морде появилось несколько новых царапин, тигрёнку пришлось куда хуже. Лапы его дрожали, округлое ухо надкусано, а в рыке было больше испуга, чем смелости. И всё же он стоял напротив обидчика и не собирался отступать.

Визг когтей по металлу, высеченные искры и они вновь схватились, столкнувшись на платформе и поднявшись на задние лапы. Передними они отчаянно молотили друг друга, разрывая противника в клочья. Оставляя глубокие кровоточащие раны. И опыт явно побеждал молодость и задор. Мой зверь просто не был готов к такой схватке.

— Прикажи ему отступиться! Он же проиграет! — обеспокоенно крикнула Ольга.

— Нельзя, — рыкнул я в ответ, чувствуя, как у самого голос больше похож на тигриный рёв. — Не сдаваться!

Тигрёнок мотнул головой, не мигая глядя на врага, а тот шипел, скаля окровавленные клыки. Победно урчал, предвосхищая победу над молодым и слабым противником. Пружинисто напрягся, готовясь к прыжку, выгнул спину, и они сошлись в воздухе третий раз, ещё яростней. А когда клубок ненависти распался, стало ясно, что мы проигрываем. У мягкого комка шерсти не было ни единого шанса против состоящего из острых металлических осколков и колючей проволоки, зверя. Но раз здесь должны сражаться только духи.

— Твою же… — выругался я, на собственную недогадливость и, шагнув к израненному тигрёнку, положил руку на его морду. — Сара, весь объём на защиту. Быстро! Уравняем шансы.

Помощница не стала спорить, рухнув с небес прямо на загривок. Манул замер, не понимая, что происходит. Полосатый присел на дрожащих лапах, а через несколько секунд его шерсть прижало металлическим доспехом. Экзоскелет поддержал зверя и, почувствовав новые силы, он вновь пошёл вперёд, стряхнув мою ладонь.

Теперь перед прыжком искры выбили оба, а когда схватились, поднимаясь на задние лапы, расклад был уже совсем иным. Пусть у полосатого меньше опыта, но сил ещё вдоволь. Он сражался отчаянно, не жалея себя и не отступая, и теперь уже манул не выдержал напора, отпрыгнул в сторону.

Зарычал, мявкнул так, что побежали мурашки, но ответом ему стал раскат грома. И не только в голосе тигра, но и в небесах. Что-то изменилось. Среди ржавых облаков появилась чёрная грозовая туча, и она всё нарастала, закрывая собой горные вершины. Глаза тигра стали жёлтыми, от искрящихся в них молний.