Я хмуро посмотрел на Жреца, выслушав его монотонную речь.

Разговаривать с ним не хотелось, и, на самом деле, я был даже рад, что сегодня не попал к нему на урок. Лучше учиться у немого пацана Шамана Ю, чем у этого старика. Он, конечно, уже понимал, что вряд ли удастся сплавить меня к Оракулу на обработку как варвара: то, что во мне есть магия, стало для всех очевидным.

Но Учитель Ма всё равно внушал мне внутреннее беспокойство.

— Что же, молодой человек, продолжайте работать, — сказал он, развернулся и бесшумно двинулся в сторону выхода со двора. — И проявляйте почтение к божествам, красьте аккуратнее. Старание и вера — вот ключ к успеху Жрецов. Вы ведь у нас теперь ещё и Жрецом можете стать.

Я посмотрел ему вслед и снова приступил к покраске статуи.

Цуо, значит. Сфера Холода.

Я сунул кисть в ведро и внимательнее оглядел овальное изваяние, затем обошёл его сзади и на «затылке» божества заметил уже знакомый знак. Это был тот самый треугольник, которым я уже пользовался.

И тут до меня дошло.

Галей говорил, что существует сто соляных знаков. А ведь божеств тоже сто и все они символизируют Сферы магии. Значит, на каждой статуе должен быть изображён соляной знак.

Я быстро проверил «затылок» второго изваяния.

Так и есть. На нём стоял знак, который у себя в атласе я обозначил, как «облако».

Бросив покраску, я вытер грязные руки о кимоно и быстро достал атлас с карандашом. Затем принялся перерисовывать символы с каждой статуи в разворот блокнота.

Так я начал собирать весь «соляной алфавит».

Переходил от статуи к статуе, заглядывал на её затылок и чертил, чертил, чертил. На пятидесятой статуе пришлось размять руку и подточить карандаш.

Очнулся я уже, когда начало вечереть.

За школой, где находились лечебные озёра, уже не слышались голоса.

Двор опустел.

Я стоял у последней, сотой, статуи с карандашом в руке и смотрел на ровные ряды символов в своём блокноте. Теперь нужно было изучить их и понять, что означает каждый знак, какому божеству он принадлежит и какую Сферу магии представляет.

Я сунул блокнот за пояс и размял плечи.

— Сделать тебе массаж? — неожиданно услышал я со стороны изгороди.

Там, навалившись на калитку локтями, стояла Джанко. В руке она держала корзину, в которой лежали две глиняных бутылки и, кажется, бутерброды.

— И давно ты тут стоишь? — прищурился я.

— Пришла, когда ты изучал девяносто третью статую. Не стала тебя отвлекать. Ты такой сосредоточенный был. Редко когда можно увидеть такого серьёзного парня, у нас тут в школе все придурки. Да и мальчиков немного.

Она вошла в школьный двор. Её взгляд упал на ведро с краской.