На панели я тоже заметил соляные знаки, но всего три.

Я бы назвал их «стрела вверх», «стрела вниз» и «крылья». Эти знаки я тоже срисовывал со статуй в школьном дворе — с каких именно, не помню, но точно рисовал.

Мидори внимательно наблюдала, как я разглядываю приборы.

— Нравится?

— Ещё бы, — кивнул я. — Только откуда ты знаешь, как этим всем управлять? У тебя был верхолёт?

— У Галея был. Он когда сюда переехал, то прибыл на своём верхолёте. Потом с мамой познакомился и немного учил меня пилотировать. А потом, когда начались проблемы с долгами, то он продал верхолёт старосте.

Девушка провела ладонью по оплётке штурвала.

— Как ты его назовёшь?

— Кого? Штурвал? — уточнил я с улыбкой: начерта пытался сейчас шутить, сам не понимал.

— Верхолёт! — Мидори широко улыбнулась и предложила: — Назови его «Клык». Ну пожалуйста.

Я вскинул брови.

— Почему Клык?

— Ну ты же Волк. Пусть будет Клык.

— Спасибо, что не Шерсть или Вой.

Мидори рассмеялась над очередной моей идиотской шуткой. Глядя на неё, я тоже не сдержал смеха.

— Ну что? Взлёт?

— Нет, погоди. — Девушка посмотрела на меня со всей строгостью. — Какое первое правило пилота?

— Не упасть?

Мидори снова рассмеялась. Что-то слишком часто она смеялась — не к добру это всё.

— Нет, дуралей! Первое правило пилота — всегда оставлять пространство для манёвра!

Я кивнул. Хорошее правило. Оно касалось не только полётов, но и жизни.

Пальцы девушки забегали по рычагам, отщёлкивая их в положение «включено», затем она внесла изменения в маршрут, нажав на карте точку.

— Предлагаю сделать круг над деревней и зависнуть над домом старосты, — сказала Мидори. — Пусть у него куры разбегутся!

— Против бегства кур не возражаю, — усмехнулся я: староста деревни мне тоже не нравился.

Я не стал спрашивать у Мидори о том, что будет, если её дражайшие соседи увидят, что мы сидим вместе в одном верхолёте, и передадут её матери.

Не хотелось портить ей настроение, да и себе тоже.

Девушка занесла руку над первым соляным знаком «крылья» и выставила три пальца. Когда знак мигнул, она перевела руку к знаку «стрела вверх», затем резко перевернула ладонь тыльной стороной вниз и будто подняла воздух вверх.

Я внимательно наблюдал за её жестами и запоминал малейшие детали, чтобы записать потом в ячейку атласа.

Для активации лопастей и взлёта Мидори использовала сразу два знака: «крылья» и «стрела вверх». Несложно было догадаться, что для приземления в ход пойдёт символ «стрела вниз».

— Пристегнуть ремни, — серьёзно сказала Мидори. — Если будем падать, молись Богине Неба Ковентине. Это не спасёт тебя от смерти, зато будет чем заняться.