Так восторжествует справедливость!

И теперь лишь от тебя одного зависит, случится ли это прекрасное будущее, самое лучшее из всех!».

Голос стих.

Свиток начал складываться прямо в воздухе и тускнеть, а потом опустился в мою ладонь. Я стоял, пялился на холодный шершавый пергамент и никак не мог прийти в себя. Столько всего, что башка затрещала!

Род Колидов — потомки богов.

Варвары — потомки рода Чи и на самом деле владеют магией, просто Сфера Памяти не даёт им вспомнить это.

Мидори действительно умеет повышать резерв, но сама не знает, как это получается. А вот я знаю. Она несёт в себе силу рода Чи.

Ну а я могу возродить род Колидов сразу тремя ветками, и чтобы это случилось, мне нужно исполнить волю предков.

— Ах ты чёрт... чёрт, чёрт... — Я потёр лицо и взъерошил волосы на макушке.

Бахадур сощурился, строго глядя на меня.

— Ну что? Ты получил знания рода?

— Получил, — выдавил я. — Как кувалдой по голове. То, что знания невесомы — большое заблуждение.

Мужчина забрал у меня свиток и вернул в хрустальный ларец.

— Возможно, твоя голова просто не создана для того, чтобы вмещать много знаний.

— Может, хватит намекать на мои мозги, господин Бахадур? Ещё скажите, что у меня их вовсе нет, или мне в череп кто-то нагадил, — бросил я угрюмо и направился к выходу из зала, чтобы вернуться к той полке, с книгами по артефактам.

— Заметь, это не мои слова, — парировал Бахадур, засеменив следом.

Неожиданно фонари библиотеки зажглись ярче, а потом под потолком пронеслась тень.

— Кто-то вошёл, — сразу же нахмурился мужчина.

Он оказался прав. Когда мы вышли в основной зал, то увидели, что в библиотеку явился Оракул Ма.

При виде него во мне всё будто ощетинилось: я ненавидел этого хитрого Жреца и всегда ждал от него подвоха...

***

Интерлюдия девятая. Фуми Галей

Его душа могла покинуть этот мир.

Его покалеченное тело могло быть предано земле или огню — не важно. Он не боялся умереть, ведь тело — лишь временное вместилище духа.

Фуми Галей уже давно не сражался за самого себя и никогда не считал себя великим воином. Этот статус порой угнетал его. Ему хотелось простого тепла, отдыха и покоя.

Только не было ему покоя.

Он должен был помочь пройти великий путь своему ученику. Тому, кто превзошёл его силой, но остался для него опоссумом, мелким пацаном с взъерошенной белобрысой чёлкой. Таким смышлёным и любознательным, решительным и смелым.

Только смерть могла их разлучить, а она подкралась слишком близко.

Фуми так и не смог добить Бажена, за что и поплатился. Его бывший ученик снова использовал яд и вонзил нож ему в спину, а ведь в их битве именно он потерпел поражение.