— Такое и было в годы хаоса, и мы ушли от этого ценой огромных жертв, да и магия у нас крайне сложная и даже технологичная. Я бы сказала — это не прям волшебство или чары из сказок, когда ты пуляешь огненными шариками в кого хочешь и когда хочешь, вот поэтому и нужны законы и высокая гражданская сознательность. То, что ты предлагаешь — это анархия и путь в никуда, понимаешь?

— Я ничего такого не предлагаю, — засмеявшись, поднял я ладони, — а просто интересуюсь в свете твоей покупки сигарет, когда тебя явно нахлобучили.

— Что это за выражение такое? — с недовольством взглянула на меня мажорка.

— Ладно, твои же деньги, проехали, — пожал я плечами, решив не сыпать ей соль на рану.

Когда проезжали мимо ипподрома, Стелла пораженно прокомментировала:

— Ого, какой пожар здесь был. Вон ещё справа дымится!

Я с легким ужасом осматривал пейзаж — огромный комплекс зданий ипподрома в центре и справа выглядел совершенно не так симпатично, как вчера: на первых этажах не было стекол, стены были закопчены, а на стоянке виднелись обгоревшие остовы машин, десятка полтора. Возле центрального входа стояли ещё две пожарные машины и милицейские микроавтобусы.

— Нормально пофестивалили господа игроманы. Кстати, мы были вон там, — полуобернувшись боком к Стелле, начал я показывать, — потом с ложи спустились вон туда, к кассам, а оттуда с дракой прорывались через вход к машине — почти вон там она стояла, видишь две сгоревших, — рассказал я диспозицию мажорке.

— А ты даже больший молодец, чем я думала. На тебя можно положиться, как я вижу, — в голосе Стеллы я услышал благодарность и уважение.

— Вопрос в том, что это вообще было, и почему на таком серьезном и многолюдном мероприятии не было милиции? — я обратно откинулся на спинку сидения.

— Не было милиции? — удивилась мажорка. — Совсем⁈

— Ну да, реально не было. Насколько я помню, не видел даже завалящего патруля, — ответил я.

При этом действительно сейчас не мог вспомнить, видел ли вчера хоть каких-то ментов до начала беспорядков или нет.

«Вроде их не было, насколько я помню», — в памяти ощутил какую-то лакуну, легкий провал.

Проехав ипподром, свернули на шоссе, которое я назвал бы Звенигородским — как оно называлось сейчас здесь, я не знал. Дорога была практически свободной, не считая пары грузовиков явно армейского образца, которые нам попались на встречной. Прилегающее пространство вдоль шоссе было застроено относительно слабенько — всего пара многоэтажек в окружении не слишком привлекательных одно- и двухэтажных домов, которые перемежались с какими-то складскими и промышленными зданиями довольно унылого и обветшалого вида.