Обойти его со спины я теперь точно не успею. Остаётся только один вариант.

Я из последних сил напряг мышцы голеней. Сократил их, оторвался от земли. Прыгнул на упыря, даже не приготовив свой кинжал к атаке.

У меня была другая цель.

Я успел прикоснуться к руке монстра в самый последний момент. Ещё секунда — и Радогост бы умер.

Но я активировал навык «Некротическое касание». Почти весь запас маны тут же улетучился. Зато рука упыря покрылась множеством гноящихся волдырей. Плоть начала чернеть, разлагаться.

А затем отвалилась. Сгнила до самого плеча, отломилась в области плечевого сустава. Пока монстр истошно ревел из-за приступа боли, Радогост успел поднять свой меч.

Я же перекатился в сторону, проскользил по влажной грязи и чуть ли не ползком промчался за его спину. Следующие два удара были нанесены одновременно. И они стали добивающими. Я ударил кинжалом по сердцу монстра, а Радогост с размаху вонзил свой меч в шею врага. Голову срубить он не смог. Но этого хватило сполна.

/Витальность: 0 из 250/

Мы сделали это… Убили его. Причём больше урона нанёс я, поэтому мой прогресс опыта обновился ещё раз.

/Получено 35 единиц опыта/

/Получено 20 Эссенций Смерти/

/Уровень 3. Прогресс опыта: 60 из 400/

Но на эту атаку я потратил почти всю ману и часть Эссенций. Причём куда больше, чем говорила мне система. Должно было уйти всего три Эссенции Смерти, но в итоге я впрыснул в монстра в пять раз больше. Должно быть, количество источаемых Эссенций можно контролировать. Интуитивно регулировать их расход.

Видимо, именно поэтому его рука не просто повредилась, а отвалилась, причём моментально. Я заставил все ткани прогнить. Если бы смог коснуться груди монстра, то убил бы его ещё быстрее.

— Что ты только что сделал? — прошептал Радогост. — Ты… Лад, ты убил упыря. Нет, двух упырей. Готов поклясться, что мой удар не нанёс ему весомого урона, — его взгляд изменился. Он больше не смотрел на меня как на бестолкового юнца. — Почему у него отпала рука?

Лгать не имеет смысла. Сейчас. Именно сейчас я должен сказать правду. Но только ему.

— Я владею магией исцеления и повреждения, Радогост, — заявил я. — Думаю, вы уже и сами это поняли. Именно благодаря этой силе я помог своему отцу вытащить вас с того света.

— Вот как? — хмыкнул он. — Боевой целитель, значит? Не ожидал я такого от деревенского простака. А ты силён, Лад, отдаю должное. Без тебя я бы вряд ли смог справиться сразу с тремя упырями. Ты хорошо дрался.

Радогост устало присел на влажную почву. Прикрыл рукой глаза. Казалось, он вот-вот уснёт. Эта вылазка забрала все его силы.