— Чего молчишь, остолбень? Ещё раз тебя спрашиваю, откуда ты взял этот чёртов язык? — продолжал допрашивать меня Бажен.

Руки мужчины напряглись. Я понял, что он уже готовится схватить меня. Опасается, что могу убежать.

Эх, из всех предсказанных мной сценариев сработал самый неблагоприятный. Я догадывался, что Бажен так воспримет мою добычу. Однако и к этому я был готов.

Есть у этого сценария один огромный плюс. Если правильно подобрать слова, я смогу перевернуть всю эту, казалось бы, неудачную ситуацию в свою пользу.

— Я добыл его во время вылазки на болота, — ответил Бажену я.

А уж поверит он мне или нет — вопрос второй.

— Ну-ну, — хмыкнул Бажен. — Так быстро сгонял к ведьмаку и вернулся назад? Через болота? Ха! Охотно верю, — с сарказмом произнёс он.

Моя история прозвучала неубедительно, что и требовалось доказать. И это я даже не стал упоминать о том, что сам лично прибил болотного упыря. Вот только значения всё это не имеет. Пора переходить к главному.

— Ну, если не верите, можете меня сдать. Сопротивляться не буду, — заявил я.

Сначала моё высказывания удивило Бажена, но вскоре он из-за моей реакции разозлился ещё сильнее.

— Совсем у тебя совести нет, Лад. Твой отец помирает, а ты чем занимаешься? Воровством? Решил опозорить Добромира напоследок? — процедил сквозь зубы он. — Что ж, пойдём.

Он подхватил меня за плечо и потащил к главной деревенской дороге. Однако, как только до Бажена дошло, что я не сопротивляюсь, он тут же ослабил хватку.

— И куда мы идём? — поинтересовался я.

— Как «куда»? — хмыкнул он. — В местный штаб Скитальцев. Чего толку тащить тебя к страже? Они всё равно не поймут, что это за кусок мяса у тебя в сумке.

Всё верно. А если Скитальцы подтвердят пропажу, тогда уже он поведёт меня к стражникам. Однако я не думаю, что эти господа обвинят меня в воровстве. Начнём с того, что на самом деле я у них ничего не брал. И винить меня не за что.

Но если вдруг кто-то из них захочет меня оклеветать, у меня и на этот счёт припасён план.

Пока мы шли по главной и чуть ли не единственной улице деревни Погранка, на нас постоянно указывали пальцами. Не столько на Бажена, сколько на меня.

Слухов о моём предшественнике здесь ходило немало — это я уже понял. Но это и странно. Лад, сын Добромира, обычный деревенский дурачок. Чему тут удивляться? Такие везде есть.

Но удивляться, как оказалось, есть чему. Я не мог не отметить, как дети сегодня утром отреагировали на мою руку. На чёрные полосы, растянувшиеся на моём предплечье. Слышал, как они шептались, упоминали лес, моего отца, некое колдовство.